Боль увеличилась только один раз – когда сердце вдруг ускорило ритм, хотя казалось, что быстрее биться уже невозможно. Минут пять оно стучало так, что перекрыло грохот грома в моих ушах. А затем остановилось и больше не включилось. Несколько секунд я ждала полноценной смерти, которая все никак не приходила. Напряжение конвульсивно сковывало все мышцы, но по сравнению с тем, что я испытывала до этого, боль была куда терпимей. А еще я поняла, что могу шевелиться. В то же мгновение, когда я это осознала, мышцы сработали автоматически, подбросив меня вверх и в сторону в попытке избежать проникающей отовсюду боли. Несмотря на панику, я успела заметить ствол дерева, упавший неподалеку и порвавший высоковольтные провода, которые теперь, хаотично ободранные, болтались по ветру, касаясь земли, усыпанной мусором из хвои и сломанных веток. В памяти услужливо всплыло название из брошюры по технике безопасности, прочитанной когда-то давно по настоянию Чарли: «шаговое напряжение», давшее мне понимание, отчего Лоран так внезапно сбежал – касаясь земли ногами, я чувствовала электрический ток, пронзавший насквозь и вынуждающий бежать прочь из смертоубийственного места. Я успела отметить и то, что шторм почти утих, а небо просветлело, став ровно серым. И то, что я практически взлетела над поверхностью земли, преодолев одним прыжком по меньшей мере метров тридцать, приземлившись в безопасности.
Молнии продолжали окружать меня, ярко освещая ночь – куда бы я ни бежала, всполохи следовали рядом. Начался пожар, и я никак не могла выбраться из него, словно огонь шел за мной по пятам. Отменно, просто отлично! Когда я просила молнию ударить в меня, она предпочитала игнорировать призывы, а теперь, когда боль прошла и я передумала умирать, не только электричество решило заявить на меня права, но и огонь.
Я бежала, не останавливаясь. Мне понадобилось какое-то количество времени, чтобы разобраться, что это не молнии преследуют меня, а я сама являюсь их генератором. Что это не огонь пытается догнать меня, а из-за моего жара деревья вокруг воспламеняются. Я была уверена, что уже не человек. Разве может обычная человеческая девчонка бежать с такой скоростью, с которой я двигалась, чувствовать запахи животных и птиц, обладать настолько разрушительной силой? Однако тело мое, нагретое внутренней энергией, выпрыгивающей прямо из рук, и сердце, в особенно вспыльчивые моменты вновь начинающее бухать как паровой молот, хотя не должно было биться у вампира, порядком запутало поначалу.
Лишь спустя несколько дней, когда устала от пожаров и недоумения, я догадалась всунуть руки в мокрый мох, вгрызться пальцами глубоко в почву в попытке остановить хаос вокруг себя. Энергия ушла в землю, яркий свет исчез, а у меня появилась возможность остановиться и немного подумать о своей судьбе, взять себя в руки и сделать выводы.
Глава 5
POV Белла
Воспоминания о первых месяцах моей новорожденной жизни были туманными. Большую часть времени я куда-то бежала, спасаясь от огня. Предотвратить генерацию молний оказалось проблемой, и мне приходилось постоянно перемещаться, как только электричество выходило из-под контроля, а на новом месте сутками прятать руки в земле. Я чувствовала отчаяние и была постоянно сбита с толку. Не сразу поверила в то, что стала вампиром – биение сердца и тепло тела заставляли сомневаться. Убегая от самой себя, длительное время занятая прятками и путаными размышлениями, я не чувствовала даже голода – мне было попросту некогда его замечать. Лишь когда наткнулась на туристическую толпу и взяла след, обнаружила, что могу думать о чем-то другом, кроме молний. Жажда на время перекрыла смятение, сделала мысли более ясными и рациональными.
Я не могла понять, как мне удалось тогда не убить ни одного человека. Вновь начавшийся пожар принудил меня свернуть с тропы и снова броситься прочь. Свежий воздух выветрил из головы мысли об убийстве, и я смогла переключиться на поиск животных, когда убежала достаточно далеко от людных мест.
Мне пришлось нелегко, потому что голод провоцировал усиление моего странного дара, и я попросту не могла охотиться: даже если удавалось не начать пожар, пойманные животные в моих руках мгновенно сгорали. Довольно нескоро мне удалось справиться с собой настолько, чтобы успеть сделать хотя бы один глоток! После этого кровь вскипала и превращалась в вареное несъедобное желе! Страшно представить, сколько времени я голодала, прежде чем совершила первую свою удачную охоту – я давно потеряла счет дням. Да и после той вылазки ни разу не становилась сытой за все два года новой жизни. Сколько зверей нужно убить, чтобы насытиться с каждого одним первым глотком? Я не могла сосчитать. Отчаивалась, старалась и снова отчаивалась. И так бесконечно. Мое существование напоминало чистый ад!
Но в голове крепко сидело одно важное правило, которого я придерживалась, несмотря на все испытания: никогда, ни за что не нападать на людей! Эта деталь настолько прочно въелась в сознание, что каким-то чудом я совершила этот подвиг.
