Тем временем в голову Чеширу пришла одна из его наиболее безумных идей. Недавно его брат был сбит и попал в плен. Чешир много думал о военнопленных. Он послал за Мартином, и Мартин нашел его в штабной комнате, склонившимся над расстеленной на столе картой. Чешир встретил его приятной улыбкой.
— Мик, — сказал он, — мы должны сбросить рождественские подарки пленным в день Рождества.
— Ох, — только и выдавил Мартин. — Звучит интересно, сэр. Где?
— Шталаг Люфт III. Здесь.
Чешир ткнул карандашом в точку на карте. Мартин наклонился и увидел маленький городок Заган между Берлином и Бреслау, возле польской границы. Они никогда не залетали так далеко, и Мартин осторожно сказал:
— Это очень далеко.
— Дальности хватит.
— Как мы найдем такую маленькую цель да еще ночью?
— Не беспокойся, старик. Полетим днем. Рождественским утром.
— Днем!
— Да.
— ДНЕМ?!
— Не волнуйся. Мы можем сделать это. Полетим над Балтикой на малой высоте и захватим их врасплох. А потом оторвемся.
— Сколько самолетов?
— Трех, я думаю, хватит.
— Кто? — Мартин почувствовал, как у него заложило уши.
— Я, ты и либо Шэннон, либо Манро.
— Ох! — Мартин потрясение уставился на карту. — Какую еду захватим, сэр?
— Я думаю, что—нибудь вроде цыплят, изюма и шоколада. Это должно немного приободрить их.
Мартин сказал, пытаясь заставить голос не дрожать: — А вы не думаете, что следует сбросить и посылки самим себе? Мы там будем на святках. Либо на земле, либо под ней.
— Ну, мне кажется, все не так скверно, Мик. Мы покрасим самолеты в белый цвет с красными крестами и снимем пулеметы.
— А! Без пулеметов!
— Мы должны долететь до цели ночью, — сказал Чешир. — Прибудем на рассвете, поэтому мы не будем иметь проблем с обнаружением цели. Сбросим подарки с высоты 100 футов, чтобы они не разлетелись на молекулы, и уползем через Балтику. Это самый короткий путь. Я попрошу Пикара встретить нас на своих «Мосси» и проводить домой.
Мартин заметил:
— Если будут тучи, мы можем укрыться в них. Улетим в облаках, если улетим вообще.
— О'кей, — весело сказал Чешир. — Это звучит разумно.
Он вызвал остальных в комнату предполетного инструктажа и рассказал им все. Они слушали в мертвой тишине. Однако приняли план с полной верой в своего командира, и Чешир обнаружил, что летчики немедленно принялись собирать деньги на покупку цыплят и ветчины, и добровольно сдавали конфеты и сигареты из своих рационов. Они обошли соседние фермы, закупая цыплят, сыр, бекон. Чешир, Мартин и Шэннон практиковались в полетах на малой высоте. Чешир попросил хранить все в тайне, так как Кохрейн, узнав об этом, позаботится не о цыплятах для пленных, а о хлебе и воде для Чешира.
Харрис ежедневно посылал бомбардировщики, чтобы уничтожить таинственные «лыжи» возле Па де Кале, но их прикрывало слишком много германских истребителей. Перед ним стояла тяжелая проблема… Цели были слишком малы и слишком хорошо укрыты, чтобы эскадрильи могли нанести точный бомбовый удар ночью. Это хорошо в обширных промышленных районах, но не в данном случае. Кохрейн запросил разрешение 617–й эскадрилье испробовать свое точечное бомбометание, причем самолеты наведения должны были указать цели с помощью зажигательных бомб. Харрис согласился.
Практически каждую ночь 617–я эскадрилья готовилась к вылету, но цель закрывали низкие тучи. Наконец 16 декабря Чешир повел 9 «Ланкастеров» на взлет. Самолет наведения «Москито» летел вместе с ними, чтобы обозначить цель. Он имел новую систему радарного целеуказания «гобой». 2 передатчика из Англии посылали лучи, перекрещивающиеся на цели, чтобы пилот мог определить, где она. Этой ночью «Москито» сбросил серию зажигалок, которые подожгли лес, укрывавший таинственные «лыжи». С высоты 10000 футов 617–я эскадрилья различила их между деревьями, как крошечные светящиеся червячки, выполнила отработанный разворот и рассредоточилась, так что огонь зениток оказался неэффективен. Через пару минут вниз полетели 12000–фн бомбы. Все деревья были охвачены пламенем.
Вернувшись в Конингсби, пилоты занялись проявкой контрольных снимков. И тут поднялся крик. Маркеры упали в 350 футах от цели, бомбы легли вокруг маркеров со средним отклонением 94 ярда, но это означало, что бомбардировка оказалась слишком точной — «лыжи» остались целы. Это была самая точная ночная бомбардировка за всю войну, и тем более горьким оказалось разочарование.
Этот инцидент подтвердил подозрения Чешира и Кохрейна… «Следопыты» были хороши для указания протяженных целей, но не точечных. Мартин предложил сбросить над целью осветительные ракеты на парашютах, после чего пара самолетов спустится к земле и сбросит зажигалки—маркеры прямо «на крышу» цели. Чешир согласился, но Кохрейн, для которого воспоминания о налете на Дортмунд и Эмс все еще горчили, и слышать не желал о новых налетах на малой высоте.
