Валера же выяснил путь только до туалетов и до столовой. Большего ему не надо было. Хотя хорошо бы ещё выйти куда-нибудь на свежий воздух. Но искать проход на многочисленных лестницах и в туннелях ему не хотелось. А спросить особо не у кого было. Дружелюбия к ним дворфы совсем не проявляли. Они здесь, как муравьи в муравейнике, бегали по своим делам. А два человека для них были совсем незаметны. Так, лишнее препятствие на пути.
В коридоре вдруг послышались чьи-то шаги, а потом дверь в комнату распахнулась. На пороге стоял Чизман. Программист лениво потянулся и шагнул внутрь. Сразу плюхнулся на кровать и начал стаскивать сапог.
– Ух, как же устал там ходить, – поморщился он, – сегодня опять обходили цеха. Показывали мне что там и где.
– Угу, – буркнул в ответ Валера, чуть приподнимая голову с подушки.
– Представляешь, у них мартеновские печи везде. С домны чугун туда тащат, – откинув тяжелый ботинок в сторону начал рассказывать тот.
– Мартеновские это что-то коммунистическое, да? – с недоумением спросил парень, – ещё в песне какой-то было про них…
– Чего?! – Чизман недоуменно уставился на него, замер со вторым сапогом в руке, – это просто печь такая. Для выплавки стали. Я ему посоветовал собрать кислородный конвертор. Хотя с его уровнем технологий, думаю, не выйдет. Но принцип он понял. Смышленый парень этот Затворник. Сверловку они допотопную делают, конечно. Но понять можно – у них станков нету. И электродвигателей. Провели через горную породу трубы, а по ним родниковая вода бежит. Колеса вращает. От этого и передают момент, – программист кинул в угол второй сапог, – в любом случае, электричества тут не добудешь. Знать бы теорию получше, а то я так. Дилетант.
– Пф. Дилетант, – хмыкнул Валера, глянул в его сторону, – я вот вообще не понимаю, что там у них твориться.
– Так сходил бы со мной. Поглядел бы, послушал. Всяко лучше, чем здесь сидеть.
– Толку-то! – воскликнул парень, всплеснув руками, – Затворник опять не то! И даже намека на новую цель у нас нет, – пробурчал он, чуть приподнимаясь на локте, – что мы теперь тут жить будем, да?
– Не знаю, не знаю, – протянул его спутник, – дело в том, что Затворником его не просто так зовут. Он самый настоящий хикки. Сидит у себя в мастерской целыми днями. Что-то творит там, придумывает. Никуда оттуда не вылезает и его ничего не интересует. Только пушки и металл.
– И что из этого? Он попаданец в тело дворфа что ли? – Валера рухнул на кровать. Стукнулся затылком об каменную стену. Поморщился от боли, сунул под голову подушку.
– Вот и я не понимаю, – Чизман тоже прилег, – с одной стороны он местный. Явно. А с другой – что-то скрывает. Я прям вижу. Вижу, что есть у него тайна. И все его штуки на чем-то основаны. Есть база.
– То есть, он не сам всё придумал?
– Именно. Глянуть бы его записи. Чертежи и прочее. Найти б схему этого бункера, – программист расстроено покачал головой, – вот тогда бы всё узнали. А пока остается только улыбаться и кивать ему головой.
– Так, может, я найду? – сразу встрепенулся Валера, – я, конечно, мало что понимаю в этом всём, но вдруг у меня получится что-нибудь откопать? – глянул на него.
– Идея-то хороша, – тот аж поднялся с кровати, – я Затворника уболтаю, уведу куда-нибудь в цеха. А ты прокрадешься, залезешь в его записи и посмотришь. Сам-то я не могу – мне на виду надо быть. Но тебе придется туда самому добираться. Если вдвоем придем, а ты вдруг пропадешь – Затворник что-нибудь заподозрит….
Программист снова лег и задумчиво поглядел в потолок. Смотрел, думал. Что-то морщился.
– Знаешь, – вдруг сказал он, – нам нужна бумага. Чтобы записи сделать. Так что, ты там найди чего-нибудь и ещё постарайся перерисовать карту. Если увидишь её, конечно. Как найдешь что-нибудь – там уже будем решать.
– Перерисую, – уверенно кивнул парень, – если времени хватит. Ты там расскажи ему что-нибудь ещё. Про технологии всякие. Кстати, уже рассказывал чего-нибудь?
– Про что?
– Ну, про дробовик, например.
– А. О патронах я ему ещё в первый день рассказал. Но про полуавтоматическую систему сказал, что слишком сложно, – принялся рассуждать Чизман, – мол, надо думать, что и как делать будем. Что и чем заменить, какие ещё станки придумывать. Понятное дело, что обман это. Но я специально время тяну.
– Это почему?
– Как почему? – недоуменно переспросил тот, – я не знаю, что будет, когда у меня не получится его чем-то удивить. Когда закончатся сюрпризы, мы внезапно станем бесполезны для этого Затворника. А что будет потом – наверное, лучше даже и не думать.
– Нас грохнут?
– Очень может быть, – медленно процедил программист, – поэтому у нас нет времени, чтобы расслабляться.
От этого легче не стало. Наоборот. Холодок пробежал по спине. Вот сейчас они сидят тут. Их кормят, поят. А потом раз и убьют, как свиней каких-нибудь. Утащат трупы в какую-нибудь пропасть и сбросят. Валера слегка поежился.
– Значит, сразу завтра с утра пойдем, – пробормотал он.
