Когда нельзя ни уйти, ни остаться…
Мистик Фоллз утопал в тумане, опустившимся под вечер. Казалось, что точно так же под завесой осталось и будущее. Деймон устало потёр переносицу. Выяснение отношений с братом, неопределенность с Еленой, чувство вины, неубиваемый Клаус… Всё выматывало изо дня в день, раздражало и не давало спать последние… С губ сорвалось ругательство, и остановившись перед дверью мужчина обернулся, рассерженно глядя на тускло сиявшие огни города. Обманывайся или нет, а не спал спокойно он уже последние сто сорок семь лет. Желание возненавидеть брата. Потом то же, только вместо Стефана Кетрин. И каждый раз полное фиаско. Появление Клауса довершило картину, не позволив даже сохранить лицо. А ведь как удобно бы всё сложилось: он, Елена, уговаривавшая его и себя всё отпустить и забыть. Хеппи енд. Или всё закончилось бы гораздо раньше. Усмешка, скорее похожая на оскал, тронула губы. Не вовремя как-то Стефан с Катериной решили начать демонстрировать свою человечность. Деймон пребывал в бешенстве из-за брата и своей… как охарактеризовать отношение к Кетрин, он не знал, а точнее не хотел. В общем, этой стервы. Ответственность, будь она неладна. Он прекрасно понимал, во что ввязывается, когда шёл убивать Клауса. Всё бы закончилось. Уже хотелось этого: узел разрублен, остальные свободны, а леди-брюнетки бьются за его братца. Итого в активе: склонность к суициду, явный прогресс в разговорах с самим собой, иными словами шизофрения и пожалуй, - вспомнил что уже не пойми сколько не ходил по злачным местам, - социопатия. А, ну ещё и отсутствие секса уже… Мда… Смех разорвал вечернюю тишину, спугнув стаю каких-то мелких птиц.
- Просто ожившая мечта психотерапевта. Осталось доказать Елене, что эта специальность её призвание.
Решив, что предаваться страданиям и прочим глупостям, когда Клаус ходит по городу, а дома всё ещё ждёт оставшийся атрибут неправедной жизни – бренди, рано, направился прямо в гостиную. И застыл на входе. Перед камином на коленях сидела девушка. Пышные локоны лишь едва не касались пламени, отбрасывающего на них янтарные отблески. Эту фигуру он узнал бы и из миллиона.
- Кетрин?! – она не обернулась, и Деймон, подойдя к бару, немного раздражённо бросил: – С Еленой я тебя не перепутал и поболтать тоже не жажду, а поэтому, - налил себе бренди, и, прихватив бутылку, направился на террасу, на выходе остановившись: - Если хочется побыть здесь, шесть спален по-прежнему в твоём распоряжении. – Так и не дождавшись никакой реакции, с издёвкой добавил: - Да что вы, не стоит благодарности за гостеприимство, мисс Пирс.
Следующий час он провёл в компании бокала, размышляя о последствиях своего сюрприза Клаусу. Возможно, оживление Элайджи и представляло угрозу, но с другой стороны хуже, чем было, всё равно уже не станет. Один Древний или несколько… Деймон слишком хорошо отдавал себе отчёт, что игра идёт на других уровнях. Точнее для Клауса теперь само понятие уровня отсутствовало. Елена совершенно деморализована и измучена – долго такой жизни не выдержит. И это значит, что нужен союзник, хотя бы чем-то равный бессмертному гибриду. Залпом допив оставшийся бренди, повертел бокал в руке. Так или иначе ситуация сдвинулась с мёртвой точки. А ещё, - тяжёлый вздох всё-таки вырвался, - приехала Кетрин. Как всегда неизвестно откуда, непонятно зачем и насколько. Головная боль обеспечена. Он уставился в пустоту, отсчитывая секунды. Говорить с ней не хотелось, и видеть тоже. Любой разговор заканчивается горечью во рту и чувством наркомана, который знает – эта доза станет последней в жизни, и всё равно уже слишком мала. Можно только приглушить. Инстинкт самосохранения работает, но чёртова тяга никуда не делась.
- Да пошла она… – Поставил бутылку с бокалом на ступеньку и стремительно вошёл в дом, собираясь выяснить, что очаровательной мегере нужно от них на сей раз.
Камин почти потух, только отдельные угольки ещё продолжали тлеть, окрашивая ковёр в розоватый оттенок. Кетрин сидела всё в той же позе, не подвинувшись ни на дюйм. Удивившись, однако, зная эксцентричный характер Кет, не сильно, резко спросил:
- Зачем ты здесь?
Молчание. Досчитал до десяти, чувствуя, что ещё немного и сорвётся, приложив её о ближайший косяк. Но доставлять Кетрин такое удовольствие: в очередной раз дать вывести его из себя, не хотелось. Цедя слова сквозь зубы, повторил вопрос:
- Не испытывай терпение, радость моя. Сегодня был очередной сложный день. Скажи, что тебе нужно…
