Деника в тысячный раз посмотрела в окно, и тут ее взгляд задержался на стоящем в простом граненом стакане алом цветке невероятной красоты. Он все еще не завял, наполняя дом восхитительным сказочным ароматом. Деника могла бы вечно любоваться им. Может быть, потому что он напоминал ей Алекса? Такой же гордый, такой же яркий и такой же… беззащитный. Особенно его лепестки. Нежные, как губы Алекса. Деника вздохнула. Он так и не поцеловал ее. За все это время. А ведь столько раз они были столь близки, что стоило ему только наклонить голову…
Но именно в такие моменты он почему-то всегда отталкивал ее. Деника не сердилась, словно знала, что делал он это не со зла. Какая-то стена стояла между ними, и Алекс видел эту стену. А она не видела. Как ни старалась.
Он ни словом, ни жестом не выдавал себя, но Деника была уверена, что не безразлична ему. Это невозможно было объяснить, но за время их уединения она научилась его чувствовать и совершенно четко видела, что он ее… боится. Боится сделать неверный шаг, сказать неуклюжее слово. Обидеть так, что она уже не сможет простить.
В последние дни это стало особенно заметно – и стена словно укрепила свои позиции. Алекс стал чуточку другим. В его словах и действиях все чаще прослеживалась какая-то напряженность, настороженность. И усталость. Борьба с собой становилась все ожесточеннее. Алекс все время о чем-то думал, что-то анализировал, с трудом отрываясь от своих мыслей, когда расспросы Деники становились совсем уж назойливыми. Но ни разу не ответил ей прямо, отшучиваясь и переводя разговор на другие темы. Деника покорно позволяла увести себя от интересующего ее вопроса, но вот теперь, в одиночестве, вдруг поняла: что-то произошло. Не сейчас, не сегодня – но она упустила тот момент, когда Алекс начал меняться. Вот если бы вспомнить, если бы догадаться…
– Газета! – Деника вскочила. Точно, газета! И почему она сразу не подумала об этом? Почему не прочитала ее? Возможно, именно в ней кроется причина. Если там написано про Адальберта…
Деника кое-как отыскала смятый обрывок. Даже не расправляя его, перевернула листок и обмерла. Сто тысяч долларов – нужно ли было читать дальше?
Сто тысяч долларов для отца не значили почти ничего. Он дал бы и больше, все свое состояние и компанию в придачу, если бы это помогло вернуть ему дочь. Деника знала, сколь сильно родители любили ее. И отвечала им взаимностью. Потому и сбежала. Но какое это имело теперь значение?
Сто тысяч долларов – это целая жизнь для человека, живущего в лесном домике и имеющего половину докторского образования. Это объясняло все: и задумчивость Алекса, и его напряженность (ждать целую неделю, когда можно получить деньги прямо сейчас), и особенно сегодняшнее исчезновение. Но неужели Алекс, ее Алекс?..
Деника сползла со стула и несколько минут сидела на полу, не шевелясь, стараясь изгнать панику из сердца. На самом деле ведь еще ничего не ясно. Может быть, ее выводы неверны и Алекс задерживался по другой причине? Может быть, он написал ей что-нибудь, желая предупредить, а она не заметила?
Тщательно обследовав стол и подоконники, Деника уже отчаялась было найти ответ на свой вопрос, как вдруг увидела возле печки крошечную записку. Должно быть, ее сдуло сквозняком. С остановившимся дыханием Деника вчиталась в ровные, уверенные строки:
«Знаю, не поймешь, но я не мог поступить иначе. Прости».
– Он меня обманул, – безжизненным голосом проговорила Деника и машинально посмотрела на часы. Половина седьмого. Часа три Алексу понадобилось, чтобы добраться до города. Минимум два часа, чтобы дозвониться до Говарда Лэкки и убедить его в собственной искренности. Пока отец закажет вертолет, пока заберет из города Алекса, чтобы тот указал место дислокации его жилища; да и погода сегодня не располагала к быстрому полету – на все это уйдет полдня. Даже если Алекс вышел с рассветом и все сделал без малейшего промедления, у Деники еще полно времени, чтобы сбежать отсюда. В горах ее не найдут. Пару дней она проживет на местных ягодах, а потом можно будет вернуться домой и…
Плевать, что будет с Алексом, когда отец увидит, что в домике пусто! Пусть хоть четвертует его за обман, он это заслужил! В следующий раз трижды подумает, прежде чем гнаться за наживой!
Деника бросилась к двери, но на беду взгляд ее упал на аленький цветочек. Колени подогнулись сами.
Зачем?
Зачем ей все это, если Алекс ее предал? Она думала… Она надеялась… Но нет – он ничего к ней не испытывает. Даже жалости. А раз так, тогда и ей все равно. Ради Алекса она сделала бы то, что задумала. Но его интересовали только ее деньги. Как и всех остальных… Всю ее жизнь…
Деника даже не представляла, что может быть так плохо. Что значила низость Адальберта по сравнению с тем, что она испытывала сейчас? В конце концов, Адальберт всего лишь друг детства, с которым они столько лет были вместе. И он всего лишь продал ее за возможность прикоснуться к империи Лэкки. Как сейчас Алекс. За сто тысяч долларов…
