– Так ли? Вы этого не знаете. По вашему мнению, он заставил ее выйти за него замуж. Если это не то, то что?
Хелден смотрела в сторону в глубоком раздумье.
– Что-нибудь более позднее.
– Документ в Женеве? – спросил он. Предупреждение Манфреди эхом прозвучало у него в ушах, возник призрак «Вольфшанце».
– Как отреагировала Гретхен, когда вы сказали ей о Женеве? – спросила Хелден.
– Как будто ничего не случилось.
– Ну и…?
– Это мог быть маневр. Она была слишком бесстрастной, так же как и вы несколько минут назад, когда я упомянул о Бомонте. Видимо, она была к этому готова и смогла взять себя в руки.
– Это только ваши догадки.
«Момент настал», – подумал Ноэль. Он увидит в ее глазах все, что она недоговаривает. Неужели это касается Иоганна фон Тибольта?
– Не совсем догадки. Ваша сестра сказала: «Иоганн предупреждал меня, что однажды придет человек и расскажет о странном договоре». Это ее слова.
Того, на что он рассчитывал – проблеск узнавания, вспышка страха, – не произошло. Что-то было, но он не смог уловить что. Она смотрела на него так, будто старалась что-то понять сама. В то же время в ее взгляде сквозила наивность. Этого-то он и не мог понять.
– «Однажды придет человек…» Какая-то бессмыслица, – сказала она.
– Расскажите мне о вашем брате.
Она помолчала. Ее взгляд блуждал по красной скатерти. Вдруг, как бы выходя из транса, она спросила:
– Об Иоганне? А что там рассказывать?
– Ваша сестра говорила, что ему удалось устроить ваш отъезд из Бразилии. Это было трудно?
– Проблемы были. У нас не было паспортов, и нашлись люди, которые хотели помешать нам получить их.
– Вы были иммигрантами. Во всяком случае, ваша мать, брат и сестра. У них должны были быть документы.
– В те дни любые документы уничтожались после того, как ими воспользовались.
– Кто хотел помешать вам выехать из Бразилии?
– Те, кто хотел привлечь Иоганна к суду.
– За что?
– После того как была убита мама, ее делами стал заниматься Иоганн. Пока она была жива, она не особенно подпускала его к делам. Многие считали Иоганна безжалостным, нечестным. Его обвиняли в сокрытии доходов, в неуплате налогов. Я не думаю, что это было правдой. Просто он был проворнее и умнее других.
– Понятно. – Ноэль вспомнил характеристику, полученную им от МИ-5, – «суперубийца». – Как ему удалось избежать суда и вывезти вас?
– Деньги. И встречи до утра в странных местах с людьми, которых он никогда не называл. Однажды утром он пришел домой и сказал нам с Гретхен, что нужно взять немного вещей для короткой – всего одну ночь – поездки. Мы поехали в аэропорт и были доставлены в маленьком самолете в Ресифи, где нас встретил какой-то человек. Нам вручили паспорта. На них значилась фамилия Теннисон. В следующий момент мы с Гретхен уже были в самолете, направляющемся в Лондон.
Холкрофт пристально смотрел на нее. Никакого намека на ложь.
– Чтобы начать новую жизнь под именем Теннисон, – добавил он.
– Да. Совершенно верно. Мы оставили все. – Она улыбнулась. – Новую жизнь за очень короткое время.
– Ваш брат, конечно, не промах. А почему вы не поддерживаете с ним отношений? Насколько я могу судить, вы не испытываете к нему ненависти.
Хелден нахмурилась, как будто была не уверена в своем собственном ответе.
– Ненависти? Нет, может быть, иногда я возмущаюсь его поступками, но к нему ненависти не питаю. Как большинство блестящих людей, он считает себя ответственным за все. Он хотел руководить моей жизнью, а я не могла этого принять.
– Почему он газетчик? Из всего, что я слышал о нем, можно заключить, что он мог бы быть собственником одной из газет.
– Наверное, будет когда-нибудь, если это то, что ему надо. Он считает, что публикации в крупных газетах принесут ему известность. Особенно в политической сфере, где он преуспевает. И он не ошибся.
– Правда?
– Конечно. За два или три года он добился репутации одного из лучших журналистов в Европе.
«Сейчас или никогда», – подумал Ноэль. МИ-5 ничего для него не значил. Женева значила все. Он подался вперед.
– У него также другая репутация… Я сказал вам на Монмартре, что расскажу вам, и только вам, почему англичане проявили интерес ко мне. Из-за вашего брата. Они полагают, что я пытаюсь найти его по причинам, не имеющим никакого отношения к Женеве.
– По каким причинам?
Холкрофт пытался смотреть ей прямо в глаза.
– Вы никогда не слышали о человеке, которого зовут Тинаму?
– Наемный убийца? Конечно. Кто же о нем не знает?
В ее глазах не было ничего. Ничего, кроме легкого замешательства.
– Например, я, – сказал Ноэль. – Я читал о наемных убийцах, но мне никогда не приходилось читать о Тинаму.
– Вы американец, а его успехи больше описывались в европейской прессе. Но какое отношение он имеет к моему брату?
– Британская спецслужба полагает, что, возможно, он и есть Тинаму.
На лице Хелден застыло выражение шока. Ее изумление было настолько велико, что глаза ее стали безжизненными, как у слепой, губы задрожали. Она пыталась говорить, но не могла найти слов. Наконец слова нашлись. Они были еле слышны.
– Вы не можете говорить это серьезно.
– Уверяю вас, что могу. Больше того, и англичане могут.
