- Не беспокойся, нас с ней сделали в одной стране, - заверил меня Энтони и снова обратился к продавцу. - У вас не очень хорошие бинокли.
- Да, не "цейсс", - пожал плечами тот. - Если вы не очень торопитесь, то через три дня привезут янковские - с указателем расстояния до цели и ночным видением.
- Возьмём эти, - решил Энтони. - Так, а у вас есть готовые комплекты выживания?…
…Оказалось, что нет. Энтони тут же взялся, как он выразился, "формировать" их - затребовал себе две жестянки охотничьего табака, сам табак немедленно выбросил и принялся заполнять коробки водоотталкивающими спичками, свечами, кремнями и кресалами из ножовочного полотна, лупами, иголками с мотками ниток, светокристаллами (я их первый раз увидел так близко), струнными пилами и ещё какой-то мелочью. Продавец уже посматривал на нас с лёгкой опаской - то ли принял нас за функционеров националистической организации, закупающих снаряжение для партизанской войны, то ли просто внезапно заопасался, что мы схватим всё это в охапку и убежим, не расплатившись.
Я тем временем отошёл к витрине - надоело, если честно, наблюдать за Энтони, ножи рассматривать интереснее. Я так увлёкся разглядываньем "джангл кинга" офигенных размеров с пилой на обухе, что не заметил, как ко мне подошёл и встал рядом ещё один посетитель магазина - он видел, что продавец плотно занят и решил скоротать время за разглядываньем холодного оружия. Я же обратил на соседа внимание только когда он спросил:
- Хорошие штучки, правда?
Я посмотрел на этого человека - среднего роста мужчину лет сорока, крепкого, просто одетого, с добродушным лицом сельского работяги. Не иначе как зашёл что-то для рыбалки купить… или порох для самодельных патрон.
- Да, красивые. - согласился я. - Только не для нас.
- Не продают? - сочувственно спросил он, кивнув на продавца, который уже начал считать цену покупки. Энтони на корточках сидел около свёртка с палаткой и что-то разглядывал. Я кивнул:
- Собрались в поход, а с ножами облом.
- В поход? - с уважением переспросил он. - Люблю парней, которые свободное время не за компьютером проводят, а с рюкзаком за плечами… Да, без ножей - плохо…- он задумался,потом вдруг неожиданно мне подмигнул: - Сейчас, погоди.
Он отошёл к столику продавца и заговорил с ним, оторвав от подсчётов. Продавец выслушал сказанное, кивнул, что-то сказал в ответ. Мужчина достал какую-то книжечку; продавец посмотрел в неё и, снова кивнув, шагнул за прилавок, скрылся под ним. Я смотрел во все глаза, но не мог понять, что же происходит, пока мой новый знакомый не вернулся ко мне, неся в руке… два ножа в коричневых кожаных ножнах с петлями для крепления на поясе и охвата рукояти! Ножи были не очень длинные, с медными перекладинками и деревянными рукоятями в мелкой насечке. Не такие красивые, как те, что на витрине - и мужчина, увидев лёгкое разочарование на моём лице, хмыкнул:
- Что, некрасивые? Ну и дурак. Все эти, - он кивнул на витрину, - для богатеньких потупее… Держи, - он протянул ножи мне, - тебе и твоему приятелю. Хороший нож - необходимая вещь для парня. Я вырос в местах, где ножи носят по традиции все мужчины… даже не ножи, а настоящие кинжалы!
- Постойте, погодите, я сейчас расплачусь с вами, - заторопился я, беря оружие. - Сейчас, постойте, хорошо?
- Подожду, подожду, - кивнул он, - триста за два. Есть деньги-то?
- Есть, есть! - ответил я на ходу,чуть ли не бегом направляясь к Энтони, который так и не посмотрел в нашу сторону. Опустившись рядом с ним на коле-но, я сунул ему ножи и зашипел: - Давай три сотни, тут один мужик нам ножи купил, надо расплатиться…
- Какой мужик? - спросил он, доставая деньги и оглядывая зал. - Эй, Эндрю, какой? - повторил он уже удивлённо. - Кто тебе их купил-то?!
Я обернулся.
Продавец заканчивал подсчёт.
По-прежнему вертел в руках прицел тощий посетитель.
Двое пацанов лет по 11-12 рассматривали в витрине газобаллонники.
Моего благодетеля в зале не было.
До Фирсанова мы добрались мокрые, как мыши, усталые и злые - не от тяжести, а от непонятности произошедшего. Ещё в автобусе мы договори-лись до самого вроде бы вероятного варианта - что моему знакомцу и в самом деле просто захотелось сделать приятное двум мальчишкам за свой счёт: он или какой-нибудь "новый русский" - или - что вероятнее - фермер из богатеньких. Я его подробно описал - Энтони такого не знал и не помнил.
В дом никто не забирался. Вернее - так мне показалось сначала. Да я бы так и продолжал думать, если бы не то, что Геббельс дрых и не поднял головы, когда я лязгнул калиткой.
- Разоспался, - буркнул я, сваливая рюкзак на крыльцо. Геббельс с усилием приоткрыл один глаз, что-то пробурчал и уснул снова. - Соня… - нагнувшись, я потерзал его уши. - Жарко, вот и спит, - извиняясь за своего пса, сказал я Энтони - прислонив рюкзак к лестнице, он что-то внимательно рассматривал на дорожке из серых бетонных плит. Потом, не обращая внимания на мои слова, быстро наклонился и поднял коричнево-бурый сухой мазок глины с отпечатком протектора с носка ботинка.
