Беглец из Миллбэнк? Ловушка, задуманная для того, чтобы навести следователей на ложный след. Фостер похитил жену адвоката. Затем принялся шантажировать его, ускорив его падение и загнав в тюрьму. Потом он пришел в камеру и убил его собственными руками. Перевернутый крест? Другая ловушка, заставившая нас подумать о сатанинском ритуале.
Директор журнала «Фантастика»? Простая пешка. Монстр цинизма, вне сомнения. Волк, полный амбиций, но не убийца. Фостер воспользовался им, чтобы напечатать свои жуткие рассказы в месяцы, предшествовавшие смерти Эмили Сен-Джеймс. Самюэль Боктон был ослеплен успехом и ничего не подозревал. Из номера в номер он публиковал анонсы Ужасных преступлений.
Гарри Гудини, его супруга Бесс и Анна Эва Фэй? Три волоска в супе. Они попали в гущу событий по чистой случайности. Нюх на сенсации заставил мага заинтересоваться происходящим и сотрудничать с полицией. Он просто искал идеи для своих выступлений, не более того.
Роза и Алистер Кроули? Два ясновидящих, которые послужили для того, чтобы отвести подозрения и подпитывать жуткий план Фостера. Впрочем, я и сам наблюдал за Кроули и убедился в том, что этот человек был безобидным идеалистом, взбиравшимся на гору утопии с голыми руками и без всяческой помощи. Как Фостер узнал о Кроули? От своего издателя Самюэля Боктона, разумеется. Боктон был близок к Кроули и был частью «Серебряной звезды» с момента ее создания. Он видел в этом возможность приобщиться к высотам спиритических и литературных сфер, к которым всегда стремился.
Корнелиус Хазелвуд и мой брат Майкрофт? Необходимые винтики в адском механизме, придуманном Фостером. Ему была необходима поддержка сверху, чтобы устроиться сторожем-шпионом в Миллбэнк. Фостер наверняка соблазнил Хазелвуда своим расследованием. Хазелвуд, вечно находящийся в поиске сенсационных сюжетов и жадный до славы, заинтересовался хамелеоном. Профессор надавил на Майкрофта, чтобы тот назначил его сторожем в Миллбэнк. Майкрофт наверняка заподозрил обман, если уж Хазелвуд дал согласие на его личную встречу с Фостером. Но мой брат попал под давление профессора и подчинился приказам.
Хиггинс и маленькая банда партизан на Бейкер-стрит? Они сделали то, что было в их силах. Фостер знал их тайник. Переодетый в дьявола, он предстал перед испуганными ребятами. Несчастный Хиггинс твердо поверил в то, что видел, и способствовал укреплению моих сомнений.
Лестрейд? Жалкий полицейский и заложник иерархии. Он был всего лишь покорным агентом Хазелвуда и не рискнул бросить на того тень. Его мозговой механизм с плохо работающими колесами и винтиками не позволил ему ни в чем как следует разобраться. Но даже Лестрейду повезло в этом деле. С каждым новым арестом его слава только росла. Его имя будет увековечено в связи с казнью лорда Сен-Джеймса. Лестрейд был убежден, что поймал Марка Дьюэна, отправив на виселицу бедняка, формально опознанного Компостелом и его подручными. И правда, казалось, была на его стороне, поскольку после этого ареста убийства прекратились.
Ватсон? Мой бедный старик… Вам, возможно, тоже едва удалось избежать кары. Вашей единственной ошибкой в этом деле было то, что вы – мой друг. А что можно сказать о ваших кошмарах, болезнях, лихорадке? Вы употребляли непригодные для вас лекарственные средства, вот и все. Как говорится, сапожник без сапог… Интересно, что каждый раз лихорадка преследовала вас именно после того, как вы приняли лекарство. Впрочем, как и предсказывал один из ваших знаменитых коллег, все ваши беды кончились с приходом весны и прекращением приема лекарств в пагубной комбинации…
А я? Я уже чуть было не стал подозревать самого себя! Но почему Фостер пожалел меня? Нет, он вовсе не пожалел меня! Когда он понял, что бесполезно браться за Ватсона и Майкрофта, он принялся за мой рассудок! Он знал, что проблема, которую я никак не могу решить, может свести меня с ума и уничтожить через наркотики, которыми я злоупотребляю. А тут была не одна, а пятнадцать неразрешимых проблем.
Тяжелое испытание для моего физического равновесия! Впрочем, его затея вполне могла бы иметь успех. Я чуть было не убил сам себя! Если бы Кроули не уехал в Португалию, одному Богу известно, в каком бы я сегодня был состоянии.
А почему не миссис Хадсон?
Итак, кто же убийца? Это ведь ясно, Фостер. Реджинальд Фостер: вымышленное имя, как это часто делают писатели.
Нужно ли называть настоящее имя того, кто скрывается за этим псевдонимом? Читатели моего завещания должны были уже догадаться, что речь идет о…
Все произошло в мгновение ока.
Майкрофт Холмс направил оружие на нотариуса. Удивление на короткое мгновение появилось на лице Уильяма Олборна. Его левая рука скользнула к выдвижному ящику стола.
– Поднимите руки вверх и не делайте резких движений! – прокричал Майкрофт Холмс.
Двое мужчин смотрели друг другу в глаза.
Лестрейд и я остались в стороне. Наши силы покидали нас. В кабинете царило невероятное напряжение. Нотариус медленно поднял руки за голову. В правой руке он по-прежнему держал рукопись. Странный отблеск появился в его глазах.