– В Зоне напролом переть нельзя, а то без головы останешься. Если ты собрался идти к Изумрудному со мной, то слушай меня. – Макс выждал, найдется ли у Серого что-либо возразить, но тот промолчал. – Сейчас они добро делить закончат – тебе замену пришлют. От меня не отходи, делай все, как я скажу, без лишних вопросов. Понял?
– Понял.
– Ну, вот и славно. – Макс покосился на лестницу. – Все, а теперь сиди и молчи, с Крюком больше не разговаривай.
Крюк в разговоры больше и не вступал, лишь один раз поинтересовался, закончен ли допрос, и, получив утвердительный ответ, отвернулся к стене.
Серому пришлось провести полчаса в раздумьях. Макс молчал, за это время он перевязал себе руку, лишь однажды обратившись к Серому за помощью – нужно было придержать конец бинта. Когда сверху послышались шаги, Серый вздохнул с облегчением, поскольку молчание ему порядком надоело, а вопросов накопилось выше некуда.
– Вот это добыча! – радостно потирая руки, сбежал по лестнице Лысый. – Что за день сегодня такой удачный – тьфу-тьфу, не сглазить бы! – и Крюка взяли, и добычу подняли.
– Ладно, давай карауль его, – сказал Макс, направляясь к лестнице.
– Мы вам там по доле отложили! – крикнул вдогонку старатель.
Наверху дележ награбленного уже подошел к концу, довольные бродяги рассовывали по закромам свою часть добычи, некоторые прямо тут, на месте, обменивались товаром или продавали его друг другу – дело обычное. Семен и еще несколько приближенных к нему старателей, вроде Белого, упаковывали добрую часть припасенного бандитского барахла, в основном оружие, патроны, аптечки и еду. Серый сразу догадался, что это общак, куда попадали особо ценные и неделимые вещи. Общак принадлежал всем старателям лагеря, на эти ценности жили те, кто присматривал в лагере за порядком, лечили нуждающихся, оплачивали услуги Доктора, закупали необходимый инвентарь и оружие. С необходимостью сдавать в общак часть добычи никто не спорил, но, помимо этого, при налетах на бандитские группировки существовало еще одно правило: десятина боевого крещения.
Когда молодой старатель шел в бой первый раз в жизни, имелась в виду только жизнь внутри периметра, ему полагались некоторые подъемные, а если быть точным, десятая часть от того, что заработал в набеге каждый старатель. Иногда доля получалась не слишком большой, иногда достаточной для безбедного начала существования в Зоне, сегодня же она была просто огромной. Серый получил немало: в его кучке оказались АК-74 в почти идеальном состоянии, пять полных рожков к нему, два артефакта – «ломоть» и «райский цветок», ПМ и обрез охотничьего ружья с целой кучей патронов к обоим, пистолет «Форт» с четырьмя магазинами, две гранаты РГ-5, одна оборонительная Ф-1, новенький ПКДА, правда, самый что ни на есть простенький, четыре аптечки, три пачки антирадиационных таблеток и полный рюкзак еды. Вдобавок еще ему и десятина причиталась.
И без того немалая доля стала расти на глазах, когда к старателям обратился Макс:
– Так, братва, не расходитесь. У Серого сегодня боевое крещение – он свою долю честно заработал.
– Далеко пойдешь, братан, ты сегодня круче Семена воевал, а это трудно. – Крок отсчитал десятину. – Честно заработал, держи.
Около рюкзака Серого он аккуратно сложил часть награбленного, какую именно часть, каждый старатель был волен выбирать самостоятельно, поэтому десятина Серого стала складываться в основном из распространенных и оттого дешевых пистолетов ПМ, патронов к ним и прочей легкодобываемой ерунды. Серый вопросительно посмотрел на Макса, но тот успокаивающе кивнул: все в норме.
К рюкзаку стали сбрасывать добро – честно, десятую часть.
Нажитое в результате первого боя добро Серого росло на глазах, Серый даже испытал неудобство перед остальными за столь большую добычу: в итоге набралось семь обрезов охотничьих ружей, три пистолета-пулемета HK MP5N-K, еще шесть «Фортов», прекрасный образец семейства пистолетов «беретта» с емким магазином в двух экземплярах, один «кольт», три ПМ, немного патронов к автомату, аптечки, противорадиационные таблетки, еще два ПКДА и целая куча еды. При желании этим можно было вооружить целый взвод, но, к сожалению, у Серого пока был только один помощник, а лишнее оружие предстояло продать. И вдруг он завертел головой во все стороны:
– Ребята, а с нами же еще один молодой старатель был, ему ж тоже надо часть десятины отдать, он же тоже в первый раз… или его убили?
– Да живой он, – ответил Крок, – только десятины не заслужил. Как мародеры стрелять начали, так за кустами и пролежал, ни разу не выстрелил. Так что вся десятина твоя по праву.
– А что теперь с ним будет?
– Не знаем, мы ему не няньки, чтоб за него решать. Знал, куда идет, так что пусть теперь сам думает, что дальше делать.
– Как-то не по-человечески это.
– А что здесь по-человечески? Здесь – Зона, а она человека не любит. А если каждому, кто от страха в кустах прятался, десятину отдавать, так себе ничего не останется.
