В списке жильцов дома он нашел фамилию Вагнера.
Вагнер жил в коммунальной квартире.
Авель позвонил нужное число раз, потом постучал в дверь.
Что-то звякнуло, дверь приоткрылась.
-- Вам кого?.. - Фауна окинула Авеля быстрым подозрительным взглядом.
-- Вагнер здесь живет?.. я по делу...
-- Да, а что случилось?.. - Фауна отбросила цепочку.
-- Ничего не случилось... скажите ему... впрочем, я сам скажу...
Авель вошел в прихожую.
-- Его комната в конце коридора... - сказала Флора... она сидела на диване в прихожей, кутаясь в штопаную шаль, и раскладывала пасьянс... ее знобило... она отметила поразительное сходство незнакомца с Вагнером...
Дверь в комнату Вагнера была приоткрыта.
-- Можно войти?.. - спросил Авель.
-- Да, конечно... чем обязан?.. вы присаживайтесь... - Близоруко сощурившись, Вагнер с любопытством посмотрел на Авеля и выдвинул из-под стола табуретку.
Авель обвел взглядом комнату, напоминающую склад потерянных вещей.
В нише за занавеской стояла кровать с никелированными дугами и шарами.
На столе шелестели какие-то бумаги... их листали сквозняки.
Авель обратил внимание на книгу с медными застежками...
-- Пишу завещание моим потомкам... - заговорил Вагнер. - Правда, их у меня еще нет, но... хм... - Он глянул на Авеля, вдруг смешался, задернул занавеску, потом подтянул гирю стенных часов и заспешил с отвлекающими словами. - Привык я к этим часам... у них своя история... знаете ли, с годами время иначе идет... да... а вы, собственно, по какому делу?..
Авель понял, что Вагнер не узнал его, но не успел он что-нибудь сказать, как Вагнер снова заговорил... как будто за язык его кто-то тянул...
"Собственно, ценных вещей у меня нет, а эти часы уже не часы... куча железа... так что завещать мне нечего, да и некому... - Вагнер покосился на дверь, подозревая, что девы его подслушивают. - Что завещать-то?.. если только воспоминания...
Вы знаете, я ведь сирота... поезд, в котором я ехал с родителями в эвакуацию, попал под бомбежку...
Родители погибли, а я чудом остался жив... в беспамятстве, оглохший и ослепший я отполз подальше от искореженного вагона и заснул...
Разбудил меня старик, похожий на апостола... он ехал с нами в одном купе...
Апостол посадил меня в кузов полуторки, и мы поехали... час или два я глотал пыль и не заметил, как заснул...
Когда я проснулся и протер глаза, то увидел перед собой лысину Апостола, покрытую младенческим пухом...
Апостол спал, уронив голову на грудь... его одолевала сонливость, он мог заснуть в самом неподходящем месте...
Солнце уже закатывалось, когда полуторка въехала в небольшой провинциальный город и остановилась у закопченного здания типографии...
Апостол работал наборщиком в типографии...
Чтобы не жить зря, я помогал апостолу в нетрудной работе и читал книги, которые находил в шкафу или под кроватью...
С апостолом я прожил три зимы... он умер от астмы...
После похорон апостола все разошлись, кто куда, а я остался на кладбище...
В тот год лето было нежаркое и началось вовремя... трава стояла по пояс...
Я лег... я лежал и слушал, что скажет мне Апостол из могилы, но он молчал...
Прошел этот скорбный день, прошел и другой день...
На третий день голод и дождь прогнали меня с кладбища...
Помню, день был субботний... я шел и шел по каким-то улицам, едва передвигая ноги от слабости, заблудился, зашел в какой-то вытоптанный до песка дворик и сел под дерево... сижу, жую губы от голода... вдруг слышу, как будто кто-то окликнул меня по имени...
Я с трудом поднял голову... голова была тяжелая, точно чугунная... как сквозь туман я увидел какого-то странного господина в кителе довоенного покроя с вытянутым лицом и носом, похожим на рог носорога... он стоял на террасе, смотрел на меня и как будто мимо меня...
По виду он был похож на писателя... я узнал его... я видел его в издательстве... читал его книги...
Нащупывая ногой ступеньки, писатель сошел вниз по лестнице, рассыпал корм птицам...
Тучи ушли... приближался вечер...
"Какой чудный вечер..." - пробормотал писатель, потом почесал лодыжку, промежность, после чего глянул по сторонам...
Малыши возились в песочнице и не слышали и не видели ничего вокруг, кроме города, построенного на песке... они лепетали что-то на своем тарабарском языке и смеялись от удовольствия...
У ржавого мусорного бака в луже дождевой воды девочка ловила головастиков, которых сама же туда и напустила из стеклянной банки...
"Иногда я выпускаю их погулять..." - объясняла она свое дело подруге в круглых очках с толстыми стеклами...
Несколько мальчишек постарше, гроздью облепили велосипед... они гнались за котом, к хвосту которого была привязана громыхающая жестянка...
Жестянка оторвалась, а кот запрыгнул на ограду... он уже умывался, забыв весь свой ужас...
Писатель перевел взгляд на старух, которые сидели у подъезда и пережидали время до смерти... Он вытер слезящиеся под очками глаза с редкими рыжими ресницами, и увидел мальчика, который ползал среди птиц и собирал хлебные крошки...
Этим мальчиком был я... - Вагнер зябко повел плечами, закутался в плед, шитый белыми нитками.
