Любопытно, но, как выяснилось чуть позже, бесследно исчезла из больницы и мать Тима, хотя никто не видел, чтобы она выходила из здания. Розыски её так ничего и не дали…
Голова мальчика дёрнулась, он взмахнул от неожиданности руками и чуть было не сбил со столика, стоявшего по правую руку от него, свою чашку с ещё горячим капучино. Замирая сердцем, он начал озираться по сторонам. Родители всё ещё танцевали на веранде, а Дженни доедала холодное лакомство, сидя за столиком.
Душа Тима наполнилась ликованием. Ему захотелось бежать по кромке воды наперерез волнам и кричать от радости, как сумасшедшему! Усилием воли он сдержал свой порыв и, лишь сжав изо всей силы кулаки и выкатив глаза, издал беззвучный торжествующий вопль.
Сам не понимая откуда, но он был уверен – нет, он точно ЗНАЛ – что вернулся сюда навсегда!
Мама, спустившись на пляж, подошла к нему и обняла за плечи:
– Какая прекрасная ночь! Милый, ты в порядке? Что-то неважно выглядишь! – она отстранилась и заботливо смотрела сыну в глаза.
Тим обнял её и крепко прижался к ней:
– Всё хорошо, мама! Не волнуйся, теперь всё у нас будет хорошо! Я очень люблю тебя! И отца, и Дженни! – он поцеловал её в щеку и продолжил, аккуратно переводя тему. – Завтра летим?
– Да, лето начинается, – мама тряхнула головой, откидывая упавшую прядь волос. – Кстати! Ты помнишь Мэри? – немного отстранившись, она вопросительно посмотрела на Тима.
Тот утвердительно кивнул головой.
– Она звонила мне, спрашивала про тебя. По-моему, ты ей нравишься! – и мама, лукаво улыбаясь и поглядывая на сына, потрепала его по волосам.
Тим смущённо кивнул и улыбнулся в ответ, снова крепко прижимаясь к её тёплой щеке.
