Дальше все было, как в тумане. Дети высыпали в коридор, поднялся крик и гомон. Прибежали остальные вожатые и воспитатели. Вызвали директора, всех разогнали по комнатам. Даже на завтрак не пустили. Приехала скорая и полиция. Констатировали самоубийство. Ближе к обеду всех собрали в актовом зале и директор объявил о досрочном окончании смены. Мол, родителей уже обзвонили и скоро за детьми начнут приезжать. Потом всех строем отвели в столовую. Мама позвонила через час. Сказала, что взяла билеты на утренний рейс и завтра будет у нее.
Атмосфера в лагере напоминала хоррор. По коридорам тенями бродили перепуганные дети. Вожатые и воспитатели зорко следили за своими отрядами. Корпус второго отряда превратился в место происшествия, так что даже в туалет из комнат их выпускали в сопровождении взрослых. Ночью почти никто не спал. Только толстокожая Катька беззаботно храпела. За ней тоже обещали приехать завтра. Возможно, их родители летели одним рейсом.
— Куликова, Маркова! — голос вожатого выдернул Нику из полудремы. — Берите вещи, за вами приехали.
Во дворе беседовали двое: ухоженный мужчина средних лет приятной наружности и мать Ники, как всегда в трауре. Мужчина обнял Катьку, а мать бросилась к Нике.
— Привет, мам. Ты одна?
— Прости, малыш, папа в командировке.
— А Ник?
Мама слегка отстранилась и внимательно посмотрела на Нику.
— Милая, ты же сама все знаешь. Никита больше…
— Нет! — рявкнула Ника. — Ты опять мне врешь!
Она оттолкнула мать и бросилась к памятной дырке в заборе. Катька рванула следом. Мама Ники бросилась было в погоню, но Катин отец удержал ее.
Ника сидела на песке у светящейся реки, уткнувшись носом в колени. До боли знакомая рука легла ей на макушку и легонько потрепала по волосам. Брат сидел рядом.
— Ты всё-таки приехал! — Ника кинулась брату на шею. — Я знала, что мама врёт! Она сказала, что ты…
— Она не врет, Никуль. И головой, — Ник ткнул ее пальцем в лоб. — Ты это понимаешь. А вот сердцем принять не можешь. — брат коснулся кулончика у нее на шее. — Пора меня отпустить, малыш.
Ника замотала головой.
— Прости меня! — всхлипнула она. — Если бы меня тогда не было, ты бы…
— Я тебя не виню. — Ник встал, отряхнул джинсы от песка и пошел к воде. — И никогда не винил. Просто так получилось. Перестань себя грызть и живи счастливо.
Ника схватила брата за руку, стараясь удержать от шага в воду. Она знала, что если отпустит сейчас, то больше никогда его не увидит. Даже во сне.
— Куликова, отойди от воды! — Катька выбежала на край обрыва, но размокшая от дождя земля обрушилась и она с диким криком полетела вниз. Чудом ухватилась за оголившиеся скользкие корни, повисла в метре над смертоносным туманом, дрыгая ногами.
— Ника, помоги! — звала подруга. — Дай руку!
Ника застыла в нерешительности. Она держала брата за руку, а тот ласково смотрел на нее. Ласково и печально.
— Отпусти, малыш. Меня ты не удержишь, а вот своей подруге можешь помочь. Вытащи ее. Пожалуйста.
— Скажи, — шепнула Ника, — Ты ведь тогда не специально? Ты же просто ошибся, правда?
— Правда. — он устало улыбнулся. — Беги, Никуль. Не теряй времени.
В душе у Ники бушевала буря, не хуже недавнего шторма. Как могла она просто взять и позволить брату шагнуть в смертоносную воду, раствориться, исчезнуть навсегда? Как сможет она жить без него? Даже если он сам этого хочет и просит его отпустить. Это нечестно! Но и висящая над пропастью Катька без ее помощи не справится. Сможет ли она себя простить, если позволит подруге упасть? Конечно, нет. А значит придется выбрать, кого спасать.
Ника вздохнула, отпустила руку брата и рванула по склону, стараясь не оглядываться на уходящего в туман Никиту. Плюхнулась на живот, ухватила Катьку за протянутую руку, потянула. Цепочка на шее зацепилась за торчащий из земли корень, порвалась и подаренный Ником кулон полетел вниз. Она поймала его, крепко сжала в кулаке.
— Не получается! — кряхтела Катька. — Дай вторую руку!
Ника бросила последний взгляд на силуэт брата, махнувшего ей на прощание, и разжала пальцы. Драгоценное украшение кануло в тумане, рассыпаясь сотнями серебряных светлячков, а Ника схватила Катьку обеими руками и дернула изо всех сил. Они кубарем откатились от края обрыва.
— Спасибо, что спасла! — шепнула Катька. Они сидели на земле под толстым дубом. — Расскажешь теперь?
— Это мой брат. — Ника протянула Катьке смартфон с открытой фотографией. — Сняла втихаря. Его последняя фотка.
Парень на фотографии, сидевший на диване с учебником в руках, выглядел старше своих лет. Может из-за спортивной фигуры, а может из-за жёсткой складки между бровями. И вполне мог считаться привлекательным. Если не замечать жутковатые шрамы, словно от ожогов, на правой стороне лица и правой руке, нехватку на той же руке полутора пальцев (мизинца и двух фаланг безымянного) и стоящие у дивана костыли.
— Что случилось? — голос у Катьки дрогнул.
