– Но мы бы так и не узнали о дальнейшем пути Ариадны Бориславской, если бы не вмешался его величество случай. У Марии гостила ее давняя подруга, Маргарита. С помощью ее знакомых – католических монахинь, посещавших Африку, удалось выяснить, что Ариадна жила в Конго с мужем. Неким Рихардом Клейстером. После Второй мировой войны в связи со случившейся в семье трагедией – утонул младший сын – семья уехала из Африки, и следы Ариадны опять затерялись. Но одна из монахинь сообщила важную вещь: Ариадна лежала в больнице, и одна из медицинских сестер, ухаживавших за ней, рассказала, что Ариадна бредила и говорила о том, что стала свидетельницей очень важной тайны – она видела некую царевну Анастасию, видела, как у нее брали кровь. Таким образом, мы делаем вывод, что Ариадна Бориславская – свидетельница того, что великая княжна Анастасия Романова осталась в живых.
– Интересно. А муж Ариадны знал об этом? – спросила Рита.
– Я думаю, что – да.
– Все просто невероятно! – вплеснул руками Виктор Степанович. – Здесь есть над чем работать историкам!
– Кстати, – сказала Анна. – У нас есть постоянная клиентка, ученая дама Вероника Урусова. Она все собирается опубликовать записи родственника, который тоже входил в сеть Таганцева. Вам, наверное, будет интересно с ней познакомиться. Вдруг возникнут совместные научные поиски и труды.
– Буду только рад, – проговорил Виктор Степанович.
Возникла пауза.
– А нашел ли Гумилев Ковчег Завета? – спросила Рита.
Анна улыбнулась:
– Уверена, что нашел.
Все уставились на нее.
– Да. Ведь это отражено в его стихах. Храм, где хранился Ковчег Завета, он нашел в свою четвертую поездку в Африку – в Абиссинии. И написал об этом в стихотворении, которое, наверное, знают многие любители поэзии. Называется оно «У камина». Там есть такие строки:
– Рыжикова! – восхищенно сказал Вася. – Тебе нужно с докладами выступать! Впрочем, статью ты точно можешь сделать. Я даже помогу тебе протолкнуть ее в какой-нибудь серьезный научный сборник. Жаль будет, если такой материал пропадет, он достоин того, чтобы о нем узнали другие. Я и правда восхищен, ей-богу! Просто аплодирую.
– Великолепно! – улыбнулся Матвей. – Достойно всяческих похвал.
– Тебе даже не статью надо написать, а книгу! Книгу о Гумилеве и его путешествиях в Африку, Рыжикова! – выдохнул Вася. – Садись и пиши книгу! Сенсация ведь будет!
– Спасибо, я оцениваю себя скромнее, – смутилась Анна.
– Мне как начальнику виднее. Садись и пиши! Я с тебя живьем не слезу.
– Хорошо. Задание принято.
– Ну что? – сказал Вася Курочкин, окинув взглядом присутствующих. – Выпьем по бокальчику красного сухого? За окончание нашего дела. И за будущую книгу Анны Рыжиковой!
Жозефина смотрела на утренний Париж и мыслями нет-нет да возвращалась к научной конференции. Прошел уже почти месяц. Но кажется, что все было вчера. И сама конференция, и новый знакомый Вадим, который заинтересовался дневником Веры Шуазье, который та передала ее прабабушке. Кажется, он сделал поспешные выводы о том, что она заинтересовалась им как мужчиной. Он звонил ей несколько раз по скайпу. Жозефина вежливо беседовала с ним, не переступая границ. Со временем он поймет, что у него сложились ложные иллюзии и представления. Вадим забегал вперед, говорил о совместной научной работе, о том, что хотел бы поработать во Франции…
Жозефина не рассказала этому молодому человеку всей правды. На самом деле ее прабабушку звали Ариадна. И она переехала с семьей в Париж после войны из Конго. Ее бабушка рассказывала историю рода – захватывающее повествование, Ариадна была русской и бежала из Советской России. И в их семье бережно хранили тайну прабабушки. Материалы, вывезенные из Африки, хранились в семейном поместье, на юге Франции, и бабушка говорила, что они еще ждут своего часа. Там была карта с указанием, где находился храм, в котором хранился Ковчег Завета. Этот храм нашел русский поэт Николай Гумилев. А вот куда делся Ковчег Завета? В документах были записи, предположения, беседы с людьми, которые могли быть причастны к тайнам. Под видом сбора песен и легенд Гумилев искал следы Ковчега Завета…
Несмотря на то что официально Ковчег Завета хранился в городе Аксуме на севере Эфиопии в часовне церкви Марии Сионской, Жозефина все-таки думала, что это не настоящий ковчег. А настоящий еще не найден…
