Последний носит стихийный характер. Мы привносим сюда определенное содержание — нашу идеологию и практические методы, чтобы регулировать этот стихийный поток, направляя его в наших интересах. Приемы борьбы указываются самой жизнью.
Во-первых, поддержка проявлений всякого оппозиционного настроения, стремление влить эти проявления в организационные формы сознательного протеста против существующего политического режима. Необходимо объединить эти отдельные разрозненные протесты хотя бы идеологически, выдвигая и проводя общие лозунги.
Во-вторых, деловая, легальная критика отдельных мероприятий большевистской власти, отсюда подход к дискредитированию общих политических принципов ея. Пути для такой критики — доклады, заседания научных обществ, съезды и конференции, специальная пресса.
В-третьих, захват советского административного аппарата при помощи вытеснения из учреждений коммунистов.
В-четвертых, съездовая кампания (она уже открыта съездами химиков и геологов в Петрограде).
В-пятых, борьба за опорные пункты. Это, в первую очередь:
а) кооперация, особенно сельско-хозяйственная; б) высшая школа и в) литература.
а) Кооперация — по отзыву коммунистов, “кооперация есть база антисоветских течений”. Такой же взгляд на кооперацию должны твердо усвоить антибольшевистские силы, не уступая здесь коммунистам ни пяди.
б) Высшая школа — задача — блок между профессурой и студенчеством и вовлечение последнего в сферу активных противосоветских настроений. Почва для этого имеется…
в) Литература — заслуживает большого внимания. Сейчас идет решительный бой на идеологическом фронте. За поражением и отступлением коммунистов на фронте экономическом — последует их крах в борьбе идеологий. Выходящие в последнее время в Москве и Петрограде издания содержат открытую критику большевистского режима. Нет и следа былой монополии коммунистической книги.
В конечном итоге изоляция большевистской власти от широких масс населения, в том числе и от Красной Армии, создает благоприятную почву для политического переворота»637.
Характерно, что основные идеи этого документа совпадали и с докладом кадета профессора-правоведа В.Б. Эльяшеви-ча, сделанным на эмигрантском Съезде торгово-промышленных деятелей. Ссылаясь на письмо лично знакомого ему профессора из России, Эльяшевич заявил: «Там, внутри Советской территории, также есть не менее подлинная, небольшевистская Россия, идущая своим путем. Она, конечно, принуждена приспособляться к Советскому режиму, но она небольшевистская.
Ростки новой жизни уже вышли наружу, и они задавят большевиков. В связи с этим должна изменяться наша стратегия, наша программа и, может быть, и наша тактика. В России есть антибольшевистская жизнь. Нужно поддержать все ее элементы морально и материально. Нужно поддержать тех лиц и те силы, кто внутри России работает не с большевиками, а против них»1.
Конечно, те или иные положения этих докладов могли не разделяться всеми участниками заграничной оппозиции. Но главные, объективно существовавшие направления для антисоветской деятельности формировались достаточно грамотно. «Несмотря на отдельные уклонения от истины, — говорилось в препроводительной записке ГПУ, — в общем и целом, факты констатированы правильно».
И столь пространное цитирование данных документов понадобилось для того, чтобы рассматривать те или иные действия Советской власти в их историческом контексте. Иначе они, как полагают некоторые исследователи, носят совершенно «иррациональный» характер, перенося проблему из области политики в сферу психопатологии.
Поскольку во всех приведенных выше случаях «общественники» ставили вопрос о взаимоотношениях с государством, то, видимо, и государству надо было как-то определять свою позицию. И уже в марте 1922 года Ленин сформулировал ее в уже упоминавшейся статье «О значении воинствующего материализма».
Он констатировал два бесспорных факта. Во-первых, немалая часть этих «общественников» состоит у Советской власти на государственной службе и даже получает за это государственные деньги. А во-вторых, они это государство и эту власть не только не приемлют, но и всячески ей противодействуют, нисколько не скрывая своего желания насадить в России западную демократию.
Посему, дабы избавить от необходимости явного лицемерия, их стоило бы вежливо препроводить в страны этой самой демократии, ибо там им «самое настоящее место»1.
15 мая 1922 года, в связи с дискуссией на III сессии ВЦИК по проекту Уголовного кодекса РСФСР, предусматривавшего в ряде статей применение расстрела за различные контрреволюционные преступления, Ленин пишет письмо наркому юстиции Д.И. Курскому: «Добавить право замены расстрела высылкой за границу, по решению Президиума ВЦИК (на срок или бессрочно»638639.
