Моя жизнь никогда не была сладкой, а с приходом в нее психотерапевта Мартина Брукса – она превратилась в настоящую пытку.При помощи искусных манипуляций он привязал меня к себе и, кажется, уже никогда не отпустит…Но я сама позволила сделать это с собой и теперь мне придется горько расплачиваться.Это история запретных взаимоотношений между пациенткой и доктором, который годится ей в отцы.Есть ли счастливый финал у таких отношений? И как услышать свой внутренний голос, когда тобой ловко управляют?
Он перестарался.
План впустую. Всё было зря…
Её обмякшее тело навевает сильную тоску по утраченной возможности. Где он облажался? Неужели неправильно подобрал дозу? Или она покинула этот мир по другой причине?
Только уже слишком поздно. Скоро начнётся трупное окоченение, и тогда, действительно,
Жаль, не получится украсить её цветами. После смерти матери он отчаянно хочет повторить незамысловатый ритуал, но собственная безопасность важнее. Он не желает быть пойманным.
К счастью, он всё продумал – никто не подкопается.
Покончив с этим, он как обычно наденет идеально выглаженный костюм и пойдёт на работу. А пока какой-нибудь назойливый пациент будет делиться своими глупыми переживаниями и страхами, мужчина сможет предаться сокровенным воспоминаниям о времени, когда она была жива.
Жаль, что всё закончилось так быстро. В полной мере ему не удалось насладиться происходящим, но он верит, что ему обязательно представится новый шанс. Важно не упустить, когда придёт время, а держать двумя руками, чтобы птичка никуда не упорхнула.
Ее безжизненные серые глаза глядят прямо на него, и в них посмертно застыл последний вопрос:
Теперь он может не отвечать.
Мужчина протягивает руку, чтобы прикрыть ей глаза, но тут же останавливается. Нет, он хочет, чтобы она смотрела. Она должна запомнить его образ и унести с собой в небытие. Её семья никогда не узнает правды, уж он об этом постарается.
Однако, времени мало, пора заметать следы…
– Сегодня первый день терапии, Клэр. Расскажи мне о себе, – доктор внимательно наблюдал за моими действиями.
Это вызвало легкое волнение, и я схватилась за край блузки, переминая его пальцами.
– Да как-то и рассказывать нечего.
Последнее время мне стало тяжело контролировать свои эмоции. Появилась апатия и нежелание что-либо делать. А после недавней ссоры с отцом мое состояние резко усугубилось. Я не могла найти силы, чтобы помыть голову и привести себя в порядок. Любимыми вещами стали старое худи и поношенные джинсы. Волосы я постоянно собирала в хвост. От молодой и симпатичной девушки не осталось ни следа. Но я чувствовала себя так плохо, что было все равно как я выгляжу.
– Чем тебе нравится заниматься?
– Я не знаю, – безразлично пожала плечами я.
– У тебя есть хобби, Клэр?
Я задумалась. Работу в кафе вряд ли можно было назвать хобби, к тому же я её на дух не переносила. Мне приходилось работать, чтобы обеспечить себя и отца с алкогольной зависимостью и рассчитаться с его долгами. Помимо этого на мне было приготовление пищи, уборка и воспитательные меры в отношении отца. Если хобби можно назвать выливание содержимого бутылок в раковину, то у меня оно было.
– Долго думаешь. Ответь, первое, что пришло в голову, – мягко улыбнулся он.
– Нуу… Мне нравится курить, – выпалила я и тут же одернула себя за такое высказывание.
– Сигареты или что потяжелее? – в его глазах мелькнула заинтересованность.
Психотерапевта Мартина Брукса мне порекомендовала близкая подруга, она общалась с его соседями и слышала о нем много хорошего. Впрочем, в нашем городе он был единственным психотерапевтом, так что выбирать не приходилось.
