Сборник рассказов.
Спасибо, что вы выбрали сайт ThankYou.ru для загрузки лицензионного контента. Спасибо, что вы используете наш способ поддержки людей, которые вас вдохновляют. Не забывайте: чем чаще вы нажимаете кнопку «Спасибо», тем больше прекрасных произведений появляется на свет!
— Курить-то не бросил?
— Нет, Серёга, пока не бросил. Это такая зараза, что…
— Я тоже никак. Пойдём тогда, посидим на улице. Там посвежее. Сейчас я… а, ну давай твои, что ли. О, я таких и не знаю.
Вышли, уселись на гладких деревянных ступенях крыльца.
— Как ты там, рассказывай про жизнь свою столичную. Как Катерина?
— С Катей три года мы уже раздельно.
— Тьфу, ёлки. Развелись что ли?
— Можно и так сказать.
— Она где работает ли, нет?
— В школе. Как сразу тогда устроилась, так и работает. Русский язык и литература.
— А сам, Миш, где?
— Да, кручусь понемногу. Упаковка цветов.
За поскотиной Серёгина Татьяна доила корову, рядом лениво стояли и смотрели в разные стороны два бычка и телёнок. День уходил, шум Аксушки стал резче, и к западу, над Айю-озёком, разгорались облака. Из тайги опускалась прохлада. Обо всём остальном говорить было как-то вроде не к месту и неловко. Но надо.
— Полиэтиленовую упаковку для букетов произвожу. Двадцать человек почти работой обеспечиваю. Юльца на флориста отдал учиться, теперь тоже со мной работает. Потом на дизайнера хочет поступать. Девчонка молодец вообще, умница. Парня нормального нашла, он сейчас заканчивает этот…
— Это что, своя фирма у тебя что ли?
— Да, свой бизнес. Десять лет уже. Не знаю, правда, сколько продержусь ещё. Пока тащу всё это, дальше видно будет. Работать последнее время трудно стало. Малый бизнес вообще убивают на корню.
— Этот, как его, рэкет, что ли?
— Какой рэкет, государство родное, Серёг. Короче, там долго объяснять. Просто, скажем так, если я всё провожу по закону, то реально просто в минус ухожу со всякими налогами, проверками, понял? А если нет, то вроде как…
— Ладно, это, ты Миш, можешь мне не рассказывать. Я в этих делах всё равно ни бум-бум, как говориться.
— В общем, на жизнь пока хватает, квартиру Кате с Юльцом купил. Трёшку.
Пятнадцать лет вдруг ушли, как не было. Лето, Алтай. Миша поплыл, как от водки — запахи, ясное небо, мычание телят, горы, держащие чашу долины в крепких ладонях. Потянуло в сон, он потёр щёки и встал.
Крыльцо и Серёгин двор мало переменились. И сам Серёга как будто тоже, только лицо посуше стало, порезче — нос выдался, складки всякие появились. А так — та же тяжёлая, косолапая повадка, покатые плечи, как у вставшего на дыбки зверя. Непомерной толщины прокуренные пальцы. Один глаз с разбитым зрачком вбок, другой мечтательно смотрит вверх, на кромку тайги под розовыми облаками.
Гнедой Серёгин конь, привязанный у дома, вдумчиво лизал подсоленную землю, шумно дыша в пыль, затем стал чесать зад о жерди гнилой заграды и повалил её.
— Ты кури, Миш, отдыхай. Пойду пока его на аркан поставлю.
Михаил надел куртку, тоже пошёл с ним. Проходя мимо, заглянул в окна своего бывшего дома и пожалел — печь развалена, вид нежилой. Они жили здесь с Катей, с маленькими Юльцом и Андрюшкой.
— А в Валеркином доме кто живёт?
— С Питера. Йог что ли или буддист, я как-то без понятия. Но нормальный так парень, спокойный, работает. Сейчас на рыбалку в тайгу поднялся дня на три. То лето в вершине Баян-суу избушку вдвоём с ним поставили. Осенью мост хотим через Карачек чинить. Ходим помаленьку. Зимой на лыжишках тоже бегаю пока силы есть. Ну и побраконьерничаю чуток иногда, — Серёга подмигнул здоровым глазом.
— А он не в секте какой-нибудь, этот питерский?
— Какая там секта. Раздолбай — не хуже меня. А ты себя вспомни, как первое лето в одних трусах на охоту босиком ходил. Ветки, говорит, чтобы не шуршали! А Кастанегу кто читал, Миш? Я что ли? Вон она у меня на чердаке до сих пор лежит, хочешь — забирай.
— Слушай, а Валерка сейчас где?
— Он сначала в город перебрался — года через три после тебя, потом в Аирташе дом построил. Теперь там. Туристами занимается.
— Успешно?
— А я, Миш, и не спрашивал.
— Алёха-то как у тебя — забыл спросить — что делает? Учится, работает?
— В Новосибирске поступил, отучился на математике в университете. Теперь хочет в аспирантуру.
Вышли на вертолётную площадку. От ног вяло разлетались разноцветные саранчи. Серёга привязал один конец аркана к недоуздку, железный колышек на другом конце загнал ногой в землю. Постояли, посмотрели, как лошадь, взмахивая ногами, тяжело валяется на земле, потом звучно отряхивается.
— Как конь ест — сколько хочешь могу смотреть, а вот как корова или мелкий скот — нет такого удовольствия.
Михаил не нашёлся, чем ответить на это. Помолчал и сказал:
— Я, Серёг, в общем-то, по делу приехал. Предложение есть одно.
— Тоже туристов возить решил?
— Нет, не туристов. В общем, я сразу не сказал — у меня Андрюха на наркотики подсел. Три года как погиб. Такие дела.
