— Я бы с удовольствием тебя взял, Егор, но проблема в том, что сейчас у нас нет мест. Ты мне правда понравился — парень толковый, проблемы не создаёшь, а решаешь, нам такие в цеху нужны. Я могу попробовать выбить дополнительную единицу, но сам понимаешь — такие вопросы за день не решаются. И да, а твоё-то цеховое начальство не будет против такого перехода?
— Нет, у меня уже подписано заявление на перевод. Так что я готов к труду и обороне, — ответил с улыбкой я.
Иван Иванович задумался, оглянулся ещё раз на участок сборки.
— Давай тогда поступим так — я подам заявку, поговорю с кем надо в отделе кадров, и приходи через месяц, думаю, при всём моем желании это займёт не меньше нескольких недель. Но будет здорово, если ты будешь периодически звонить моему секретарю и интересоваться, как процесс идёт. По рукам?
— Идет.
— Разряд у тебя третий, так?
— Третий.
— Договорились.
Мы обменялись рукопожатиями, и я, несколько опечаленный, пошёл к выходу. Конечно, хотелось приступить к работе как можно скорее, но ведь правда в том, что Иван Иваныч нисколечко не лукавил. Прежде, чем подписывать мой перевод в цех, нужно было иметь свободное место, на которое меня можно взять.
Что же, месяц я ещё поработаю в седьмом цеху, а затем вернусь в родные пенаты.
Я вернулся в цех на последнем автобусе, отходившем с той территории до обеда. А пока ехал и смотрел в окно на корпуса, ещё раз оценил, как у нас прошёл диалог с Иваном Иванычем. Это даже можно было считать не просто диалогом, а договорённостью: начальника я хорошо знал и сделал вывод, что рукопожатие с ним — гарант моего перехода. Тем не менее, срок никуда не деть — не раньше, чем через месяц. Плюс здесь был в том, что у меня появлялся отличный шанс помочь седьмому цеху исправить ситуацию с показателями. Но был и минус — план, который мы приняли с электриком Геной, теперь придётся значимо корректировать. Мне не хотелось откладывать нашу задумку, раз уж я всё рассказал ему, а ведь электрик человек пожилой и мнительный, может и передумать, поэтому тут надо ковать железо, пока горячо.
Приехав, я решил первоочередно сходить к Серёге. То, что я показывал по качалке с тремя лапками, или позиции 54/21, теперь надо обсудить с ним. Время было без десяти двенадцать, а значит, скоро начнётся обещанное празднование в комнате мастеров. Но десять минут до начала мероприятия у меня всё-таки было. Решив не откладывать, я зашёл снова в комнату мастеров, с порога позвав мастера:
— Серёга…
И запнулся, потому что внутри меня уже встречали. Комната мастеров была битком набита людьми. Никто никого не ждал, и работяги во всю пили чай и кушали тортик, приготовленный Аней. Сама же контролёр, заметив меня в дверях, вскочила со своего места и, прихватив блюдце с огроменным куском торта, двинулась ко мне.
— Егор, ну наконец-то ты пришел, но ничего — мы только начали, мужикам было невтерпеж! — извиняющимся тоном сказала она.
— Правильно, семеро одного не ждут, — с улыбкой ответил я.
— Это тебе, угощайся, я приберегла для тебя самый лучший кусок, — она вручила мне торт. — У нас не хватило на всех чайных ложечек, поэтому держи вилку!
— Да хоть руками, потому что у тебя настолько вкусный торт, что пальчики всё равно придётся облизывать, — заверил я Аню, принимая блюдце.
Она захихикала, и мы прошли к столу, где для меня было зарезервировано место — естественно, рядом с ней.
Торт был нарезан на куски по числу присутствующих. Тарелок и блюдец на всех не хватило, поэтому некоторым пришлось есть с куска бумаги. Был и ароматный черный чай, только-только заваренный — над кружками струился пар.
Празднование прошло на ура — достаточно связать, что работяги задержались в комнате мастеров дольше положенных сорока минут. И за это время никто ни разу не выходил в курилку. Я выслушал кучу комплиментов, поздравлений и всего такого. Всё-таки приятно, когда за свой труд получаешь вознаграждение. Иногда простое, но искреннее человеческое спасибо куда ценнее и стоит дороже остального. Нехотя народ начал расходиться около часу — мужики сразу потянулись в курилку, а женщины остались убирать мусор и мыть посуду.
Я решил дождаться, пока с перекура вернётся Серега, и, пока ожидал, перекинулся парой слов с Аней.
— Егор, приходил главный редактор, тебя искал, — сообщила мне девчонка.
— Да? — удивился я. — Чего хотел?
— Не сообщил, но сказал, что ты, когда узнаешь — будешь прыгать до потолка! — Аня искренне заулыбалась, вытягивая передо мной руки ладонями вверх. — представляешь, когда он говорил, у меня аж ладошки вспотели!
Девчонка даже сейчас от предвкушения поёжилась. Мне тоже было интересно, что же такого хочет мне сообщить главред. Но идти сейчас в редакцию не было времени, поэтому я уточнил у Анюты номер внутреннего телефона Лютиковича.
— Не, уже как полгода не работает, — сказала она и шепотом добавила. — Говорят, когда писал стихи — разбил… что-то там у него не получалось с рифмой.
Я припомнил, как застал главреда среди кучи скомканной бумаги. Стихи у него явно рождались в творческих муках.
