— Не можешь знать, —задумался Пропажа.— Мой убитый друг считал что Альберт Грион вовсе не главный над Горынычами…
— Отож!— заулыбался молодой человек. —Главные над Горынычами братья Мальцевы.
— Но они же там.
— Ты тоже там был,— ухмыльнулся молодой человек. —Так что, ты думаешь их не может быть здесь?
— Братьев Мальцевых?! —удивился Пропажа.
— Да нет...это все несколько по-другому работает, —замешкался молодой человек. Он стал что-то бормотать, а затем отчетливо произнес: — Эх, я и сам не знаю как это точно работает… но за помощь… за борьбу с Горынычами... спасибо! А сейчас мне нужно уходить… И тебе пожалуй тоже придется уйти, я должен закрыть усыпальницу.
— Постой,— вымолвил Пропажа. — Что если Горынычи вернутся?
— Мы справимся с ними.
— Кто мы?
— У нас есть организация…
— Организация?
— Я не могу вдаваться в подробности, —сердито произнес молодой человек. — Я понимаю… ты детектив, но все же в таких делах, как Горынычи… нужно полагаться… на другое…
— Что ты имеешь ввиду?! Они убили моего друга! Сотрудника полиции! Старшего следователя! А ты мне про какую-то организацию плетешь!
— Послушай!— разъярился молодой человек и схватил Пропажу за грудки. — Ты же был там! В том Петербурге! Разве ты не понял, что в эти дела лучше не лезть?!
— Пусти меня! — оттолкнул его Пропажа.
— Прости,— снизил тон молодой человек. —Все же давай выйдем из усыпальницы…
Феодор Афанасьевич согласился с молодым человеком. Они вышли. Человек в черном кардигане запер мавзолей на ключ.
— Я все же попрошу тебя оставить мне свои контакты, —настойчиво проговорил Феодор Афанасьевич.
— Сейчас запишу, — чуть недовольно сказал молодой человек, но все же достал из правого кармана кардигана бумажку, а из левого ручку. Он быстро накалякал какой-то длинный и странный номер, а затем передавая Пропаже добавил: — Звонить только в крайнем случае!
После этих слов они разошлись… Молодой человек направился к ближайшему выходу, а Пропажа побрел через все кладбище, обратно к стоянке, на которой оставил свою машину. На протяжение всей дороги детектив думал: «Что-то странное было в его движениях… что-то очень странное… эх, но с другой стороны против Горынычей мне нужны такие союзники… Те, кто...знает...осведомлен… что есть и совсем другой Петербург».
Стоял погожий день бабьего лета. В парке трехсотлетия Санкт-Петербурга гуляло много народу. Вернулся сюда и Пропажа, он приметил маленькую каменистую насыпь, из гальки и нескольких валунов, образовавшуюся естественным путем прямо на берегу Финского залива. «Была ли она здесь в тысяча семьсот двадцать пятом?» — подумал Пропажа, но тут же отвлекся переведя свой взгляд на то самое место, куда чуть более двух месяцев назад его вынесла лодка. На песчаном пляже копошился какой-то седобородый мужичок в очках с толстой оправой. Он рылся в песке и что-то бубнил себе под нос. Местного жителя Санкт-Петербурга вряд ли можно удивить сумасшедшими, их здесь встречается целое море, а может и океан. То ли погода влияет, то ли архитектура, а может и впрямь город построили инопланетяне, как поле для своих экспериментов над местными… да нет! Это точно бред сумасшедших!
Впрочем, в седобородом мужичке, проницательный Пропажа заподозрил вовсе не сумасшедшего, а самого что ни на есть археолога. И он не ошибся. Вступив в разговор археолог стал жаловаться Пропаже, раз за разом повторяя:
— Нет, вы себе представляете: два месяца назад к этому берегу вынесло четырехвесельную лодку-верейку времен Петра, ее забрал себе исторический музей, а нашему музею по истории кораблей, как всегда шиш с маслом.
— Так что вы надеетесь откопать?
— В историческом музее говорят, что весла были обломаны, оставшиеся части так и не нашли, вот я и надеюсь, что может быть плохо искали.
— Чем же так ценна эта лодка?
— Чем ценна?! —взбудоражился археолог. —Большинство историков думали, что такая верейка была построена у нас всего в одном экземпляре! Принадлежала самому Петру! Но есть некоторые ученые, которые не разделяют это мнение… Я в их числе… Как и проклятый Артемасов с исторического музея! Нет вы понимаете, что это наши общие догадки?! Да какие догадки?! Целые исторические работы, Артемасов теперь припишет все, одному себе! Если только конечно эта лодка не приплыла к нам с Англии или Голландии! Тут и так странности! Откуда она взялась в Петербурге, спустя три сотни лет?! Мистика какая-то!
— Вы говорите, что лодка была в одном экземпляре?— поинтересовался Пропажа.
— Да нет же! Вы меня совсем не слушали! Это большинство историков так считает! А мы с Артемасовым, напротив считаем, что не только Петр заказал себе такую верейку. К тому же его верейку перевезли сразу в Астрахань! Вторую же подобную лодку заказал один граф и в отличие от Петра, он заказал ее прямо на Галерной верфи Петербурга!
— И что же этот граф, перемещался на своей лодке с Адмиралтейского острова на Васильевский?! —усмехнулся Пропажа.
