Завод войны полностью

Долгая прогулка по этому туннелю, потом по туннелям поменьше, потом по еще одному, побольше, привела их наконец к бронированной двери капитанского кабинета–святилища. Створки разошлись со зловещим рокотом, и прадор, который провожал их сюда, отступил в сторону.

— Можешь войти.

Трент взглянул на Грея, ожидая, что тот двинется первым, но голем махнул рукой, пропуская Трента вперед.

— Он хочет говорить только с тобой.

«Ну вот, сейчас я и умру», — подумал Трент.

Та же ситуация, что и с аналитическим ИИ, — бежать некуда, нужно только, чтобы все закончилось. Трент выпрямился, вскинул голову и шагнул через порог.

Внутри помещение мало походило на святилище капитана, каким его видел Трент на картинках или в виртуальных играх. Прежде всего тут было светло. Конечно, здесь находились и ряды шестигранных экранов, и пульт управления с отверстиями для клешней, и два прикрепленных к стене хирургических телефактора, и двери в кладовки, и механизмы для сборки и разборки оборудования, а иногда и для разборки детей отца–капитана, но встречались тут и совершенно неожиданные вещи.

Вдоль одной из стен выстроились мини–фабрики, кишевшие государственными роботами–насекомыми, то ли работавшими, то ли выносившими продукты производства, а рядом, в амниотических резервуарах, извивалась и гомонила жизнь. Агроботы возились в саду, полном странных и дивных растений, где грядки, укрытые щитостеклянными колпаками, перемежались с рядами банальных помидоров. Проклятье, тут обнаружилась даже герань, свешивавшаяся из прикрепленного высоко на стене желоба. И повсюду суетились роботы, плыли конвейеры, текли какие–то ручейки и жидкие формы жизни, и шевелилось что–то внутри огромных ракушек, способных вместить в себя гравикар.

Трент застыл с открытым ртом, а дверь кабинета–святилища тем временем закрылась за его спиной, и нечто гигантское начало выбираться из–за длинного стеллажа, забитого какими–то разрозненными деталями. Фигура великана казалась неправильной, куда более неправильной, чем у того, оставшегося снаружи прадора. И вот наконец существо на блестящих ногах–протезах выступило на свет.

— Добро пожаловать, Трент Собель, — сказал отец–капитан Свёрл.

— Черт побери…

Более разумного ответа Трент подобрать не смог.

Трент Собель был напуган, но скрывал страх под привычной маской наглости. Еще секунду Свёрл изучающе, но не слишком пристально разглядывал человека, затем махнул клешней в сторону ближайшей подставки.

— Садись, — приказал он. — Я скоро займусь тобой. Надо еще кое с чем разобраться.

— В хорошем или плохом смысле? — поинтересовался Трент.

— Тебе не нужно меня бояться. — Свёрл подавил желание ударить. — Бояться здесь следует только твоих сородичей…

Внимание Свёрла было поглощено изображением на экране: в коридоре перед Четвертым сектором лежал оглушенный вторинец, к которому приближались два его бронированных собрата. Прадор немножко спятил, он рвался в двери, будто желая разодрать створки голыми клешнями, хотя рядом на стене располагалось отверстие управления. Двое других, воспользовавшиеся мощным ионическим станнером, чтобы урезонить братца, были в порядке, поскольку дышали личными запасами воздуха, а не опасной, насыщенной феромонами смесью, просачивавшейся из Четвертого сектора.

— Так что же делать, что делать? — спросил мистер Грей по закрытому каналу.

Следил Свёрл и за стоявшим перед дверью кабинета големом. Мистер Грей был немного озадачен, и хотя цель его вроде заключалась во встрече с Пенни Роялом, Свёрл чувствовал глубокое замешательство машины. Он подозревал, что голем, только недавно обретший полноценное сознание и свободу воли, все еще пытается решить, чего же он хочет на самом деле.

— Я запер все двери, ведущие в Четвертый сектор, — ответил Свёрл, поглядывая на усевшегося Трента.

Человек не слышал разговора и играл сейчас со своей сапфировой серьгой.

— А также блокировал атмосферные заглушки, изолировав внутри тамошний воздух.

— Вопрос, вопрос, вопрос, — заладил Грей.

Только благодаря прямой связи с разумом Грея Свёрл понял, что имел в виду голем. Он хотел знать, как Свёрл намеревается разобраться с проблемой, вынудившей его опечатать Четвертый сектор.