Завод войны полностью

– Потому что теперь ты больше не злодей?

– Потому что эмпатия – болезненный дар.

– Совесть тоже.

– Наверное.

Он отхлебнул виски.

– Свёрл, – позвал я через форс, – мне потребуется оборудование и доступ к производственным линиям…

– Уточни, – ответил Свёрл.

Я быстро составил список необходимого и переслал его Свёрлу. Некоторые приборы выпустили совсем недавно, и маловероятно, что они имелись у Свёрла, но попробовать все равно стоило. Секунду спустя список вернулся – и большинство пунктов в нем оказалось вычеркнуто.

– Кое-что из оборудования я могу предоставить, но пошлю Рисс, – сообщил Свёрл. – Что же до производства, оно и так тебе доступно, с тех пор как ты получил назад свой истребитель, с дополнительными функциями, поскольку я подсоединил тебя к моим системам.

– Ты пошлешь Рисс? – переспросил я, не слишком задумываясь о том, что имелось в виду под «доступным производством».

– Возможно, оттого, что я сам изменен Пенни Роялом, я вижу схемы, которым он следует, – сказал Свёрл. – Ты не можешь получить все, что тебе требуется, и наладить процесс вовремя, так чтобы он был эффективен и дал результат, тоже не выйдет. Люди – «моллюски» уже сейчас убивают друг друга. А вскоре, не принимая медикаментов, которые требуются им постоянно, чтобы просто оставаться в живых, они начнут умирать.

– Но почему Рисс?

– Дрон – часть ответа, доступная тебе.

– Отчего бы тебе просто не объяснить мне?

– Оттого что мне это не надо.

Сказал, как отрезал – и когда я попытался снова связаться со Свёрлом, он меня заблокировал. Что ж, я сосредоточился на исследовании соединения с системами отца-капитана. А Тренту сообщил:

– Я, пожалуй, могу вернуть многих из этих людей к их первоначальному человеческому виду. Освободить их от прадорского феромонного контроля, а тебя – от ответственности за них.

– Что? – Он уставился на меня, разинув рот.

– Физические повреждения можно обратить вспять или исправить. Мы, в конце концов, имеем дело с относительно примитивными адаптациями, трансплантациями и изменениями химии тела.

Трент долго глядел на меня, потом спросил:

– Вроде того, как ты собирался обратить вспять или исправить то, что случилось с Изабель?

– Эти превращения устроил не Пенни Роял.

Трент кивнул; теперь он выглядел не таким пришибленным. Я же продолжил:

– Однако это не основная проблема, как мне только что указал Свёрл. «Моллюски» уже дерутся и не получают препаратов, поддерживающих их жизнь. Поэтому времени у нас мало.

Я помолчал.

– Нам кое-что нужно.

– Что?

– Как раз об этом я и думаю.

К этому моменту большей частью своего сознания и усилителей я находился глубоко в компьютерной системе Свёрла. Подобрав себе местечко, я загружал шаблонные программы производства наномеханизмов, энзимных комплексов, адаптогенов и весь человеческий арсенал физических трансформаций на микроскопическом и субмикроскопическом уровнях. Также я обнаружил объединенное исследование Бсектила и Бсорола. Они искали способ исправить повреждения, нанесенные им и вторинцам длительным применением химических препаратов, удерживающих их в состоянии отрочества. Папка не была закрыта, и вскоре я обнаружил в ней кое-что, что мог бы использовать.

– Так с чего мы начнем? – спросил Трент.

– У Тэйкина наверняка было тут оборудование, – ответил я. – Мне необходимо провести некоторые первичные исследования и анализы.

– Я покажу.

Трент резко вскочил, и я следом за ним прошел в пристройку-операционную, поймав себя на том, что оглядываюсь в поисках Сепии.

– Годится? – спросил Трент.

Что ж, для осмотров и операций – вполне годится; здешнее оборудование подходило для сборки биомолекул и органических объектов. Было оно не из лучших, но, как заметил Свёрл, лучшее мне прямо сейчас и не понадобится. Только хотелось бы все же знать, какого дьявола я вообще собираюсь делать.

– Сойдет, пока не прибудут еще приборы.

Я вернулся в святилище. Одновременно со мной из других дверей появилась испуганная женщина – она тащила за собой ребенка. Потом вошла Сепия, вооруженная станнером и, по мне, похожая на девицу-бойца из какой-нибудь виртуальной игры.

– Трент, – сказала Сепия, – тут у нас вроде как проблема.

Она попятилась от двери, держа ее на прицеле.

– Я не проблема, – произнес знакомый голос.