Александр Гейман
Завоевания Кхаммы
Фэнтэзи-эпос
Уперев меч в каменный пол, Кхамма, воин из Тарремы, стоял на крепостной стене Индокана, как когда-то в древности Волод Великий. Крепость была ключом к Срединному царству, и вот - она была взята. В небе висел Глаз, а внизу, от ворот Индокана, вилась Зеркальная дорога, поднимаясь в горы - все выше, за облака, к чертогам небожителей, к алмазному престолу Велемихи. Рядом с Кхаммой стояли его друзья и военачальники, негромко переговариваясь между собой. Но Кхамма молчал - он размышлял. В одной его руке была золотая стрела - жезл Фенамоа, другой Кхамма опирался, как на посох, на Кхаммагит - свой чудесный меч.
КЛАД КХАММЫ
Многие считали, что с этого меча и начался путь Кхаммы, а вернее головокружительный взлет к победам и власти над половиной Фенамоа.
Но началось раньше, с простуды, что он получил, спасая своего товарища. Гхимма оступился, когда они с армией герцога переходили вброд одну из горных речек, приток Вхаласы. Незадачливого пловца понесло к водопаду, вот Кхамме и пришлось прыгать в ледяную воду.
Тогда он только-только попал в войско герцога Вопайи, в отряд наемников. Его, простого парня из Лоэ, медвежьего угла Тарремы, вряд ли приняли бы, не води его отец в молодости дружбы с генералом Дабой. Гхимма, пятью годами старше Кхаммы и тоже из Лоэ, уже несколько лет служил Вопайе. Он замолвил перед Дабой словечко за земляка, и так Кхамма оказался в этом походе. Они выступили с войной на Ань, богатую страну, отделенную от Тарремы землей татхинов. Здесь, на горном перевале, герцог Вопайа встал лагерем, поджидая войско гарийцев, союзников Тарремы. Князь Гвормас должен был подойти дня через три, и следующий день тарремцы могли передохнуть.
Несмотря на вчерашнее холодное купание, Кхамма и Гхимма решили сходить половить форель в той горной речке. Гхимма, конечно же, опять где-то разжился спиртным и предлагал Кхамме угоститься заодно с ним глоток-другой от простуды. Но Кхамма отказался, он не любил вина и чувствовал себя здоровым, хотя и чихнул с утра пару раз.
На реке они разделились - Гхимма с копьем остался на мелководье, а Кхамма поднялся выше по течению. Пробираясь по берегу, он ненароком глянул на солнце и от щекотки в носу несколько раз сильно чихнул. Неожиданно отозвалось громовое эхо, а минут через пять со склона вовсю посыпались гальки и песок, а потом повалили и целые глыбы. Противоположный берег был почти отвесным, и Кхамма кинулся навстречу грохочущим камням, надеясь укрыться где-нибудь под уступом. У него на глазах в обломок скалы ударил здоровенный валун, подвинув тот с места. За ним открылся темный лаз, и Кхамма, не раздумывая, нырнул туда.
Этот лаз оказался входом в пещеру. Глаза Кхаммы ещё не привыкли к темноте, как вдруг она отступила. Свет шел сверху - на потолке пещеры прорисовался огромный глаз, и он светился. Кхамма чуть не выпрыгнул обратно, под ещё рокочущий камнепад. Он стал просить у духа пещеры извинения за беспокойство, и тут его прервал тонкий голосок.
- Не будь дураком, Кхамма, - посоветовал он тарремцу, - а лучше возьми то, зачем пришел.
Кхамма не понял его, но, конечно, спорить не стал. Он огляделся и заметил в глубине большой тускло блестящий сундук. Обрадовавшийсь, Кхамма решил было, будто там золото. Но когда он отодрал приржавевшую крышку, то нашел совсем другое - диковинный меч, какую-то коробку, свиток и маленькое бронзовое зеркальце. Кхамма взял все, кроме зеркельца, и тут Глаз пропал, и снова стало темно. Меж тем камнепад утих, и Кхамма поспешил к выходу. Однако его снова окликнули:
- Эй! Ты что, настолько глуп, чтобы оставить меня здесь?
И тогда Кхамма окончательно уверился, что этот голосочек не принадлежит духу пещеры.
Потом они с Гхиммой долго разглядывали и обсуждали находки, а зеркальце то и дело поднимало обоих на смех, поминутно называя дураками. Свиток оказался картой Фенамоа, но какой-то странной. Пол-листа занимали знакомые страны - Огаста, Гария, Таррема, Ань, Срединное царство и так далее, а на второй половине была изображена вовсе незнакомая земля. Гхимма сказал, что это ошибка нерадивого писца, а зеркальце - или невидимка обругало его недоумком.
- Не обзывай моего друга, - обиделся Кхамма.
- С кем ты разговариваешь? - удивился Гхимма, и Кхамма понял, что только он сам может слышать голос зеркальца.
В коробке они обнаружили какую-то мазь и решили, что она, вероятно, целебная, для заживления ран. Шею Кхаммы царапнула галька, когда он бежал к пещере, и Гхимма натер её мазью, чтобы проверить, поможет ли, а зеркальце насмешливо захихикало. Бронзовое зеркальце Гхимма посоветовал подарить какой-нибудь девчонке в таверне Ань, и невидимка завопил:
- Гхимма болваниссимус!
Зато меч оказался хорош - впору владеть иному богатырю или полубогу.
- Да, - заключил Гхимма, - тебе не так уж и повезло. Лучше бы, если б в твоем ларе было золото! Меч, что говорить, редкий, но не таким воякам, как мы с тобой, им махать. Знаешь что - продай-ка его лучше герцогу или генералу Дабе.
