Зачем всё так?! Я лучше с вами сгину!"
Они молчали. Я стоял без сил,
Живой зачем-то, очень бестолково.
Эфир мой зов несчастный разносил,
И я в ответ не получал ни слова.
***
Там они провалились в пузырь, что оставил вулкан.
В тот огромный пузырь, до краёв начиненный метаном.
Он держался неведомо как и до тех пор, пока
Не случилось проехать полтоннам стекла и титана.
А за мной на рассвете приехала группа спасенья.
Я сидел на камнях на последних крупьях кислорода,
Проклиная весь мир и себя за своё невезенье,
Я хотел умереть под лучи внеземного восхода.
Лишь потом я узнал, что открыли мы вольно-невольно,
Что открытие наше послужит всем людям на благо.
И что люди, летевшие здесь умереть добровольно,
Могут взять и вернуться, а большего нам и не надо!
Но когда я смотрю репортажи о взлётах оттуда,
В голове сам собой возникает застывший вопрос:
Неужели наука, прогресс и столь нужное чудо
Стоят судеб и жизней, и тех нескончаемых слёз?
На скамейке сидит человек.
Он не стар, но по виду немолод.
Рядом хлопьями падает снег.
Он сидит, невзирая на холод.
Он мечтал посидеть здесь вот так
Всю последнюю жизнь – десять лет.
Ещё рано, стоит полумрак.
Загорается новый рассвет.
Он вернулся из дальних краёв.
Тех, куда убежал навсегда.
Рядом птичка красиво поёт.
Лужи в тоненьких корочках льда.
Он хотел изменить этот мир,
Изменился в итоге он сам.
Тишина – далеко от квартир,
Да и спят все пока ещё там.
Он сидит и ему тяжело,
Не привык до конца он к Земле.
Сколько зим без него тут прошло,
А успел он лишь к самой весне.
Он встаёт и подходит к реке,
Трость стучит по граниту. Там лёд.
Он успел, снег течёт по щеке,
И в душе у него ледоход.
