– Ну, это же идея Мудрецов была. Им виднее наверно. – Пожал плечами помощник.
– Они сидят на Земле в своих роскошных виллах. Что им оттуда может быть видно? – раздраженно бросил Лейба. – Все происходящее для них не более чем компьютерная стратегия, в которую они играют и только отдают команды маленьким юнитам. Если они думают что фенфиров можно использовать, то никакие они не мудрецы. Они идиоты.
Валдис ничего на это не ответил.
Симон не сводил глаз со своей спутницы. Жанна сидела за столиком напротив него и смотрела в меню. На ее щеках горел румянец. Было очевидно, что список блюд ее не интересовал и она смотрела в меню только чтобы спрятать от Ди Рэйва свои смущенные глаза. За то время что она держала в руках список блюд, его можно было уже выучить наизусть.
Киномагнат вздохнул. Он уже два раза произнес – Жанна, но она, не поднимая взгляда, отвечала лишь – 'сейчас, сейчас' и больше никакой реакции. Симон с грустью окинул взглядом зал ресторана, который как обычно был почти весь наполнен посетителями. В дальнем углу возле иллюминатора сидели трое. Двое заметно подвыпивших пожилых европейцев и Роман Ермак с ними. Он смотрел толи на Жанну, толи на Симона испепеляющим злым взглядом, но заметив, что Ди Рэйв обратил на него свое внимание сразу повернул голову в сторону своих соседей по столику.
– А этот чем недоволен, – вслух подумал киномагнат.
– Ммм? – послышался голос Жанны.
– Жанна, скажи, ты жалеешь? – озвучил, наконец, Симон мучавший его вопрос.
– О том, что было? – она захлопнула меню и улыбаясь посмотрела на Ди Рэйва. – Ни капельки.
– Тогда что с тобой?
– Это я в облаках, наверное, витаю, – засмеялась девушка, – Конечно, меня немного смущает, что все это произошло так быстро. Но в остальном, все очень здорово.
– Послушай, Жанночка… – он замялся, словно хотел открыть ей какой-то очень важный секрет, но она предупредительно подняла ладонь и быстро произнесла:
– Ты меня очень разочаруешь, если после первого же постельного эпизода в наших отношениях начнешь делать мне признания в любви.
Киномагнат удивленно и растерянно на нее посмотрел, словно вопрошая 'почему?'.
– Не теряй голову. Терять голову проще всего, – продолжала она. – Лучше хорошенько обо всем подумай и не спеши с выводами, о которых можешь пожалеть.
– Но о чем мне жалеть?! – Симон был возмущен таким поворотом.
– Разумеется, – улыбнулась Жанна, – Мужчина редко жалеет о том, что он переспал с красивой девушкой. Это обязательств на него не накладывает. А вот в порыве мимолетной страсти он сделает какое-нибудь необдуманное признание, и тут начинаются обязательства. Он уже через десять минут может пожалеть о сказанном…
– Но ведь ты совсем не знаешь что у меня здесь! – он ударил себя кулаком по сердцу.
– Сейчас важно то, что у тебя здесь, – девушка постучала себя пальчиком по виску, – Никогда не выключай разум. Любить можно сердцем, – это прекрасно. Но думать надо только головой и никаким другим местом.
Симон сидел совершенно растерянный и расстроенный.
– Я не отталкиваю тебя. Я просто хочу предотвратить возможную беду. – Вздохнула она. – Ну не грусти котик, – она взяла его ладонь в свою, – Давай мороженое поедим, – Жанна подмигнула ему и снова улыбнулась своей обезоруживающей улыбкой.
Рейнхард решил скрыться на машине стоявшей у черного входа дома, в котором он жил. Ховард соответственно сел в ту, что стояла у парадного. Едва Карл отъехал, как в конце пустынной улицы показался полицейский фургон, а за ним следовала сине-красная патрульная легковушка.
Фургон остановился метрах в пятидесяти от дома Рейнхарда Биста. Редкие прохожие, сразу почуяв неладное, попрятались в подъезды ближайших домов. Патрульная машина двинулась навстречу джипу, в котором находился Ховард.
Карл предусмотрительно оставил в доме Рейнхарда человека со штурмовым лучеметом, который должен был уйти после того, как лидеры оппозиции успешно покинут столицу. Но не вышло. Сейчас Карл вызывал его по рации.
– Эрик, ты видишь, что делается?
– Да, шеф. Вижу. – Ответила рация.
– Прости брат, – вздохнул Ховард.
– Да ладно, Карл. Все в порядке. Для этого тут меня и оставили. Уходите. Даст бог, свидимся.
– Удачи Эрик. Без нужды на поражение не бей.
Из полицейского фургона выскочило двадцать хорошо экипированных бойцов штурмовой полиции. Облачены они были в темно-синюю броню и шлемы с тонированными забралами. У каждого в руках автоматическая винтовка. Штурмовики стали рассредоточиваться по улице и в этот момент с чердака дома Рейнхарда с пронзительным визгом засверкали ярко-золотистые лучи энергетических разрядов. Выстрелы прошили капот патрульной машины, которая тут же вспыхнула. Из нее выскочили четверо офицеров и бросились врассыпную. Машина взорвалась, подпрыгнув метра на полтора.
– Жми на газ! – крикнул Ховард своему водителю. Джип рванулся вперед, быстро набирая скорость.
Один из штурмовиков принялся стрелять по машине. Остальные открыли шквальный огонь по дому.
Сидевший слева от Ховарда телохранитель вдруг вскрикнул и обмяк. Пуля штурмовика пробила дверь и попала ему в сердце.
