Аллея, указанная в записке, начиналась прямо от входа, потом резко брала влево, шла мимо танцевальной площадки, мимо разобранной на фрагменты торговой палатки с торчащими в небо ржавыми столбами, на которые когда-то, наверное, крепилась вывеска, чуть в стороне угадывались останки аттракционов, где как раз и смеялся кто-то. Пройдя еще несколько метров, он обнаружил, что асфальт закончился, фонарей больше нет, и идти дальше ему придется почти в полной темноте.
– Урод! – прошептал он со злостью и полез в карман брюк за фонариком. – Как же я тебя найти-то смогу?!
Поразительно, но нашел он его почти сразу. Более того, ему ни кричать, ни звать не пришлось.
Марков на него едва не наступил, ведя про себя счет своим шагам. И как только – приблизительно метров через двадцать – он узнал по описанию нужное ему место, он и обнаружил того, кто прислал записку.
Мужчина лежал лицом вниз возле скамейки, о которой тоже говорилось в послании, в странной позе. Ноги были вытянуты, руки подобраны так, будто он пытался обнять несуществующую подушку. Мужчина не дышал…
– Да что же это такое, а??? – заорал Марков, обнаружив, что мужчина не дышит, что это не Харитоша и что при нем нет ни сумки, ни пакета, свертка, ничего того, куда можно было спрятать тот злополучный диск, ради которого он тут и находился, и карманы были совершенно пустыми. – Да что же мне теперь делать, а???
Он осел на землю рядом с телом, облокотился о скамейку, потом, повинуясь идиотскому порыву, перевернул труп на спину. Вероятно, мужика убили совсем недавно. Тело не успело еще окоченеть. Прямо под грудью с левой стороны обнаружилась глубокая рана. Убийца опередил Маркова совсем не намного. И возможно, даже видел, как Марков сидел в машине напротив входа в парк и выжидал время. Видел и посмеивался. И знал, что опередит его и заберет то, что предназначалось только Маркову.
– Сволочь! – простонал Марков с надрывом. – Какая же сволочь!!!
Надо было как можно скорее бежать из этого глухого, заросшего парка с тремя едва тлеющими фонарями, в котором оборвалась его последняя надежда на спокойное, безмятежное будущее с Сашкой. Надо бежать подальше от остывающего трупа, но сил не было. И что странно, страх куда-то испарился. Вот когда сидел в своей машине, таращась на черный зев входа в запущенный парк, то все внутренности вымораживало, а теперь…
Нет, испугаться ему все же снова пришлось. И очень сильно испугаться. Когда в лицо ударила яркая вспышка света, Марков подумал было, что убийца вернулся и теперь стреляет по нему из оружия, из которого он застрелил того несчастного мужика. Почему-то не метко стреляет, но слепит, слепит-то как от его неловких выстрелов. Но потом вдруг Маркову не очень любезно приказали стоять и поднять руки вверх.
– В чем дело, господа? – вяло поинтересовался он, все еще не понимая до конца, почему это он жив еще.
– Стоять! И руки подними, чтобы я видел их! – снова прозвучал приказ, и свет, теперь-то Марков понял, что слепили ему в лицо фонарем, сполз на тело у его ног. – Чем ты его, а? Ножом или из пистолета?
– С ума сошли! – фыркнул он, уже стоя с поднятыми вверх руками. – Стал бы я тут сидеть, если бы убил его!
– А чего сидел?
Человека, отдающего приказы, по-прежнему не было видно, но ясно, что он пришел не один, кто-то шустрил с ним рядом и тихо переговаривался с кем-то.
– А я не знаю, чего я тут сидел, – удивился сам себе Марков.
– А зачем пришел тогда сюда?
– Так вот этот… – он указал на лежащего на земле подбородком, – назначил мне встречу.
– Зачем?
– Собирался продать мне компромат на меня и мою жену.
– Как это?!
– Да так… Однажды порезвились мы с супругой в одной частной гостинице, а там, оказывается, камера скрытая стояла. И все наши любовные утехи сняли, ну и…
– Ну и? – поторопил его невидимый.
– Так, я не стану отвечать на ваши вопросы, кто вы вообще такой? – И Марков даже сделал попытку опустить руки, но на него снова закричали, и он опять поднял их вверх. – С кем я говорю?
Тут же вспыхнул свет от другого фонаря и осветил говорившего. Им оказался Орлов Геннадий Васильевич, странно, что Марков не узнал его голоса. С ним еще трое, один в милицейской форме, двое в штатском.
– Теперь ясно? – спросил Орлов. – Отвечать станете?
– Разумеется, – кивнул Марков и руки все же, невзирая на окрик, опустил. – Нет у меня оружия, можете обыскать. А держать так ладони кверху сил просто нет.
– Валер, обыщи его! – приказал Орлов. – И группу вызывайте, огнестрел у нас, судя по всему. А этот мой…
Тот парень, что был в форме, быстро обыскал Маркова, ничего, кроме карманного фонарика, скомканной записки, присланной ему днем, не нашел, все это передал Орлову, отошел в сторону и начал с кем-то связываться по рации.
– Это местный участковый, – пояснил Орлов, уводя Маркова метра на четыре от скамейки, возле которой лежал убитый мужчина. – В дежурную часть местного отдела позвонили и сообщили, что в парке совершено убийство и что, возможно, убийца все еще находится там. Вот так мы вас и нашли.
