- Нет,- коротко отвечаю я, всё ещё с содроганием вспоминая приступ, случившийся совсем недавно.
- Это хорошо,- обыденно отвечает Аврелий. Он как будто чувствует слова насквозь. Во мне тут же срабатывает чувство вины, ведь доктор хочет помочь, а я бесстыдно вру ему. Но, вместе с тем, просыпается и другое чувство. Что-то вроде осознанности и справедливости. Как будто я поступаю правильно, когда вру ему сейчас. Словно от этого мне станет только лучше. Хотя, может быть, оно так и случится. Кто знает?
- А сны? Ты всё ещё видишь кошмары?- продолжает он.
Здесь мне не с чем спорить. Мне снится она. Китнисс. И я там тоже есть. Луговина, как заснеженная поляна. Чуть яркое, зимнее, закатное солнце. Её невероятная красота. И мои смертоносные прикосновения.
- Да.
Доктор ненадолго замолкает (наверняка опять делает какие-то пометки) и этого мне хватает для того, чтобы расслышать еле уловимый шорох из гостиной. Китнисс всегда передвигается почти бесшумно, и сейчас я еле улавливаю шум её шагов. Как она поднимается по лестнице. На второй этаж. Где самая первая дверь ведёт в мою спальню.
Моментально, весь воздух, как будто вышибают. Тело пробивает крупная дрожь и я, насколько это позволяет телефонный провод, подхожу к дверям кухни, ближе к гостиной. Китнисс там нет. Сердце успевает пропустить сразу несколько ударов, когда я осознаю, какие могут быть последствия этого «визита». Внутри всё буквально переворачивается; сжимается в тугой плотный узел.
-…думаю, у тебя поучится. Только подожди и не торопись. У меня только один совет. Так ты согласен?
Погружённый в свои собственные мысли, я не сразу улавливаю слова доктора.
- Что?- выдыхаю я, готовый в любой момент сорваться с места. Аврелий молчит. Это молчание, рано или поздно, сведёт меня с ума!
- Пит, у тебя всё в порядке?- обеспокоенно спрашивает он.
Её крик, и я уже срываюсь с места. Плевать на то, что подумает доктор. Пусть после этого забирает меня куда захочет. Может, это будет даже лучше. Теперь отгородит меня от Китнисс. Я не хочу находиться рядом, если из-за этого ей будет хуже. Хотя, сейчас всё только к этому и ведёт.
Не замечаю, как уже поднимаюсь по лестнице и оказываюсь на втором этаже. Дверь в мою комнату, как и думал, приоткрыта. Не мешкая, влетаю в неё и тут же натыкаюсь на Китнисс, которая молча стоит всего в шаге от выхода, и ошарашенно вглядывается в иллюстрации на стенах. Я опоздал.
========== 14. ==========
Ложь - обман
Обман - предательство
Предательство - жестокость
Жестокость - боль
Боль - …
Я быстро хватаю Китнисс за руку и буквально выволакиваю прочь из комнаты.
Она молчит. Только пара слезинок беззвучно стекает по щекам. Кажется, увиденное, на время лишает её дара речи.
- Не стоило тебе туда ходить. Не нужно было,- то и дело повторяю я, пока мы спускаемся вниз. Точнее спускаюсь я и волочу Китнисс за собой.
На ходу кладу оставленную телефонную трубку и усаживаю девушку на один из стульев в кухне. Она безропотно подчиняется. Лихорадочно пытаюсь нашарить стакан в буфете, но руки совсем не слушаются. Как будто мысли, желания и действия следуют каждые по-своему. Как можно скорее наливаю Китнисс воды, но она, как будто не замечает, или просто не хочет замечать. Неотрывно наблюдает за мной, словно видит такого впервые.
- Китнисс, пожалуйста, прости меня. Тебе и вправду не стоило туда ходить.
Невероятное желание утешить девушку, успокоить и обнять, парализует меня. Что должен делать? Если подойду ближе, то, наверняка, только сильнее её напугаю. Отойду дальше – обижу.
Проходит немало времени, прежде чем Китнисс начинает говорить.
- Почему?- только и спрашивает она, с непроглядной горечью в голосе и какой-то необъяснимой обидой в глазах.
- Что почему?- через силу, как можно мягче, переспрашиваю я. Слишком много усилий тратится на это.
Китнисс вздыхает и отрывисто качает головой, как будто удивляется, из-за чего я её не понимаю.
- Почему ты не говорил мне об этом?
О чём? О том, что со мной делали в Капитолии? О том, что после этого я окончательно и бесповоротно стал ненавидеть её? О том, что эта ненависть теперь проявляется в приступах?
- Ты и так всё…
- Нет! Я не знала, что это… Так,- жёстко обрывает она, качает головой и поднимается с места, крепко вцепившись пальцами в край стола. Я не двигаюсь.
- Мне жаль… Китнисс,- я запинаюсь на её имени,- что ты всё это увидела. Но пойми…
Девушка с грустью в глазах внимательно слушает меня. На лице читается столько страха, столько боли и презрения к себе.- Так будет лучше.
- Да как, Пит? Как лучше? Неужели ты не понимаешь?
Изнутри пробивает мелкая дрожь, когда она зовёт меня по имени. Слишком непривычно слышать это вновь.
В её глазах снова поблёскивают непролитые слёзы, и я уже жалею, что начал этот разговор.
