Завтра в России полностью

– Второе, товарищи! Эти жертвы, – он показал рукой на постамент с гробами Наташи и Ирины Стасовых, – должны быть похоронены! Негоже нам, русским людям, держать умерших вот так, на улице, на морозе, как каким-нибудь диким туземцам. Не по-христиански это, товарищи! Так вот, завтра, когда мы с вами пойдем на похороны, вы тоже увидите войска. Прошу вас понять: это дружественные вам войска. Это войска, которые будут охранять нашу процессию от всех и всяческих провокаций. Потому что мы имеем совершенно точные сведения: сионистские агенты, которые остались среди нас после эвакуации евреев, получили указание, любыми средствами сорвать наши с вами мирные переговоры, даже самыми грязными провокациями – сорвать! Но что нам, русским людям, делить? Почему нам, русским людям, не договориться спокойно? И даже если я употребил грубое русское слово, ну и что? Вы, товарищ Зарудный, тоже умеете употреблять некоторые русские слова, мы знаем…

Толпа расхохоталась – любовь Зарудного к «некоторым русским словам» была общеизвестна. И Круглый понял, что еще немного, еще один нажим – и он выиграет этих людей! И уже пьяные горизонты взлета карьеры мелькнули Круглому за этим выигрышем, ведь издали, из-за забора, из темных окон одного из домов, стоящих напротив Центральной проходной, за ним сейчас наверняка наблюдают пристальные глаза генерала Зотова. Так пусть же этот Зотов увидит как он, Серафим Круглый, умеет разговаривать с народом!…

– Тихо, товарищи, – улыбнулся толпе Круглый. – Я хочу вам сказать: если кто-то из вас в разговоре со мной употребит пару слов, которых нет в дипломатическом словаре, я не обижусь, ей-Богу! Но! – Круглый поднял палец, и лицо его вновь стало по-государственному серьезным. – Мне кажется, что кому-то выгодно, чтобы наши с вами переговоры не состоялись. Кто-то пытается и будет пытаться сорвать их. И, как я уже сказал, у нас есть сведения, что главные провокации намечены на день похорон. Товарищи!-Круглый повысил голос, вдалбливая толпе:-Чтобы предупредить эти провокации, нас с вами будут во время похорон охранять войска. Я сам, лично пойду с вами пешком отсюда до кладбища во главе колонны, сам буду помогать нести гроб. Дорогие друзья! Русские люди! Согласны ли вы, что нельзя, негоже, не по-христиански это – держать гробы вот так под открытым небом?

Разноречивый гул толпы был ему ответом, но он выкрикнул еще громче:

– Согласны ли вы, что нельзя привязывать похороны к темпам наших переговоров с вашим Комитетом? Может быть, мы будем вести переговоры несколько дней, может быть, нам понадобятся какие-то юристы, адвокаты, чтобы правильно сформулировать пункты нашего соглашения. Так неужели из-за этого мы будем держать тут покойниц? И вы будете торчать безвыходно на заводе? Зачем? Я предлагаю: мы сейчас, сию минуту начнем переговоры с Заводским Комитетом. Я выслушаю все ваши требования и все, что не в моей компетенции, утром же доложу Правительству. И сразу после похорон мы продолжим…

– А как же их хоронить без отца? Андрей Стасов в тюрьме сидит! Наших людей выпусти сначала! – стали кричать из толпы.

– А что с убийцами будет, которые в народ стреляли?

– Как я и предлагал утром, показательный суд над убийцей девочки будет проведен нами самими прямо здесь, на заводе, это раз! – уже ликуя от ощущения полного выигрыша, сказал Круглый. – Второе: утром я обещал, что сегодня на завод будут доставлены продукты, чтобы вы не пришли домой с пустыми руками. Дети вас ждут, жены вас ждут, каждая скажет: «Ну, что ты набастовал?» – не так ли? Так вот, товарищи, чтобы вы видели, что я, второй секретарь обкома партии, умею держать свое слово – вот, без всяких к вам ультиматумов прекратить забастовку или еще что-нибудь в этом роде, вот стоит шесть рефрижераторов, это девяносто тонн продуктов. Колбаса, говядина, свинина. Парной телятины, извините, нет. Прошу вас самих создать комиссию по распределению. И, наконец, самое главное. Вот, как вы видите, стоит «черный ворон». Конечно, надо бы использовать для этого случая машину поприличней. «Волгу» там или даже «Чайку», но тогда не было бы сюрприза. Короче, отвечаю на ваш главный вопрос, товарищи! – И четко чеканя каждое слово, Круглый выкрикнул в толпу: – Идя – навстречу – вашим – справедливым – требованиям, обком партии решил – досрочно выдать вам на поруки – задержанных милицией – Андрея Стасова, Петра Обухова и Веру Колесову!!!

– У-р-р-р-а!… – взревела толпа. А Круглый с театральным жестом повернулся к двум милиционерам, стоявшим у бронированного арестантского фургона:

– Откройте машину!

– У-р-р-р-а!… – понеслось над заводом, над всей его десятикилометровой территорией. – У-р-р-р-а-а!…