— Слышь, командиры, не положено, чтоб зеки там ездили, сажай двух толстячков к нам!
И показывают на сидора, битком набитые. Богатые видать менты. Солдаты в ответ тоже зубы скалят:
— Да мы сами с ними поближе познакомимся…
Смех, гогот, всеобщее оживление. Хорошо для разнообразия прокатиться куда-нибудь. Поехали!..
Лихо домчались до Волгодонска и на вокзале нас загнали в какой то сарай. Каменный, без света и без окон.
— Слышь, командир, что за херня, тут ничего не видно!
— А зачем вам свет, читать что ли будете? Так сидите!
Ментов отдельно куда-то сунули, тут ни хрена не видно, ничего не понятно, что за черт?!
Через час нас выдернули и в столыпин:
— Бегом! Бегом!
Бегу, заскакиваю, по проходу пролетаю, лязгает решка, вот я и на полке второй. И все десять здесь, а ментов отдельно, в маленькое купе сунули. Поехали, поехали, поехали…
Этап был не пьяный, конвой ничего не продавал, но и не зверствовал. А может, просто денег ни у кого не было, вот и ехали насухую. Лично у меня две сетки маклеванные (самодельные) приныканы, но потерплю, дорога дальняя, может быть пригодится. Я так и не научился красивым узлом ни сетки вязать, ни мешки под картофель, а мои – в три раза меньше, из цветных ниток. Для вольнячих дам, за покупками ходить. Один мужик очень красивые делал, я две приобрел за курево, продам где-нибудь. Еще чаек есть, пачка с ларька, в зоне положено пятьдесят грамм на месяц. В тюряге не положняк, вот и является чай тюремной валютой. В зоне не шмонали, значит в тюрьме обязательно будут. Нужно подумать, куда приныкать. Много забот у советского зека, ой много! Сначала на что купить, затем где купить, потом — куда приныкать, чтоб не отмели, не отняли! Много забот…
Шум, гам, пайку дают, хлеб, сахар, рыбу. Рыбу отдаю голодным. Затем водопой. Оправка, и на полку. Лежу, думаю, куда везут, неужели в Омск…
С этими мыслями и заснул. Проснулся — братва толкает:
— Приехали, а ты все храпишь!
На проходе рев стоит:
— Приготовиться к выходу! Бегом, бегом, бегом!!!
Опять по фамилиям кричат, вдруг по дороге потерялся кто или съели. Смех!
Выскакиваю с секции, солдат решку распахнул, бегу по проходу, кругом рев стоит:
— Бегом! Бегом! Бегом!
Ныряю прямо из столыпина в автозак. Следующий. Бегом! Следующий! Бегом!!
Через полчаса тряски в автозаке въехали под своды кичи. Ростовская — ура!..
По прибытию на тюрьму, СИЗО (следственный изолятор), все подвергаются тщательному обыску. Снимаешь все и только зубами по швам не проходят. Но это — по отношению к тем, кто в первый раз приходит. Если же приезжаешь с тюрьмы или зоны, то в дело вступает обычная русская расхлябанность и авось. Авось тебя будут шмонать тщательно там, куда ты едешь…
Пощупали меня за яйца, педики они что ли, постоянно за яйца норовят, провели руками под мышками, попросили снять один сапог.
— Какой?
Почесал прапор толстый, лет сорока, голову под фуражкой и:
— Ну давай левый, что ли…
Ничего не найдя, отпускает с миром. Чаек то я на плечо положил, под куртку, в мешочке тряпичном.
Транзит небольшой, человек тридцать, да нас десять. Ментов отдельно, чаще всего берегут их, но бывают и проколы. И тогда… Я уже рассказывал, что с ментами случается, когда в транзит попадают.
Забираюсь на нары, лежу. Смотрю на хату. Братва базарит: кто, что, откуда… Все как обычно, скукота. Какой то мелкий блатяк, на зону едет, подскочил ко мне:
— Откуда, браток?
— А ты?
— Ты че…
— А-то ни че, а ты?
— Ты че, в натуре, я тебя пытаю, откуда ты?..
— А какая разница?
— Один дерет, другой дразнится…
— Так я первый, отвали, ты мне неинтересен…
— Братва, гляньте на него — я ему неинтересен!..
— Так я мальчонками не интересуюсь!
— Ты за метлой следи!
— Ну так ты сам ведешься, на себя одеяло тянешь, орешь, чтоб я тобой заинтересовался…
— Да ты че… Да ты кто?..
Вмешивается приехавший со мной жулик с третьего отряда:
— Отвали от него, ты че мужика напрягаешь! Я с ним с одной зоны, он трюмы за ментов валом имеет! За рыла ментовские!..
— Он тебе должен, ты сам-то кто, земляк, по этой жизни?
Базар с меня переключается на мелкого блатяка.
Транзит тусуют. Люди приходят, уходят. Кого наверх, в следственные хаты. Кого — на этап, на зону. Кого куда. Из приехавших со мною никого не осталось к утру. Один я и рыла разные. Забыли меня, что ли?
Утром лязгает дверь:
— Кого назову — на коридор с вещами! — кричит дубак с бумажкой. Слышу свою, обзываюсь на фамилию полностью, выскакиваю на коридор. Пытаю ближнего зека:
— Куда едем, браток? На дальняк?
— Не знаю, я — на крест областной, аппендицит резать…
Вот те раз, а я куда? Грузят в автозак, выезжаем из кармана, из-под сводов кирпичных. Едем. Через двадцать минут — остановка, лязгают ворота, приехали. Ничего не понимаю!
— Выходи!
Выходим, верчу головою, отзываюсь по фамилии, ничего не понимаю! Куда привезли менты? Маленькая зона, беленые бараки, зеки в нижнем белье, в халатах. Облбольница! Так я здоров!..
