— Джейс МакАллистер, это второй раз, когда мы были горячими и готовыми, а ты струсил. Серьёзно, ты можешь заставить девушку комплексовать! Если бы я не знала тебя лучше, то познакомила бы тебя со своим другом Бреди, — она смеётся, зная, что я понятия не имею о чём она говорит. — Но я помню, что у нас было, и знаю, что ты всё ещё сохнешь по мне. И я чувствовала, как твой член прижимается ко мне. Так в чём проблема? — последние слова она пробормотала.
Прежде чем успеваю ответить, Алекса направляется в сторону кондоминиума. Я забираю одеяло и стараюсь догнать её, чтобы спросить, о чем она думает.
— Я возвращаюсь в свою комнату. По крайней мере там я смогу помочь себе кончить так как, судя по всему, ты этого делать не собираешься! Черт, — говорит она, пробормотав себе под нос последнее.
Я стараюсь спрятать свою улыбку, она яростно сверлит меня взглядом.
— О, ты думаешь это смешно? Что ж, Сиерра была права! Ты действительно мастер синего клитора! У тебя, наверное, был маленький мастер Йода, который научил тебя этому? Трахни её, не делай этого. Приходи, она не может. Подожди, нет, это не работает. У Джедаев были световые мечи, но у тебя, видимо, проблемы с твоим! — кипятится она, и я не знаю плакать мне или смеяться, потому что она только что приписала мой член к реквизиту «Звёздных войн».
Она смотрит на меня, будто ждёт ответа, но серьёзно, что, чёрт возьми, я должен на это сказать? И что, бл*дь, за синий клитор? Я имею в виду, я помню уроки по женской анатомии, но для меня это что-то новенькое. Она всплескивает руками, будто я должен был на это как-то отреагировать, и поворачивается обратно к зданию. О, чёрт, нет. Если она думает, что так просто может уйти, то сильно ошибается.
Быстро поймав её и перекинув через своё плечо, я направляюсь к деревянным мосткам, ведущим к зданию. Обхожу наши шлёпанцы, не желая тратить ни секунды на остановку. Она сопротивляется, царапает мою спину, заставляя отпустить её. Я просто крепче перехватываю её и иду внутрь, в сторону лифта.
— Отпусти меня, Оби-Джейс Кеноби! — Она убивает меня этими сравнениями. Это так мило, потому что я помню свой марафон из первых четырёх фильмов, той зимой, перед тем как я уехал. Хм, у нас будет новый марафон, и мы посмотрим все шесть фильмов — последние три того стоят.
Я нажимаю кнопку вызова лифта, пока она продолжает бить меня по спине. Двери открываются, и я вхожу внутрь с ней, переброшенной через плечо.
— Ладно, Дарт Салливан. Успокойся, — говорю я, поглаживая её попку. Её твёрдую попку. Её фигуристую, очень аппетитную попку.
Пока лифт поднимается на седьмой этаж, мы едем в тишине. Я начинаю выходить, когда Лекси цепляется за створки дверей, заставляя меня отпустить ее, чтобы она не сделала какую-нибудь глупость или ей не прищемило руки. Как только её ноги касаются земли, она пытается убежать. Куда, понятия не имею, но я следую за ней и преследую её по коридору. Я могу играть в эти кошки мышки с ней всю ночь. Или утро. Я понятия не имею, сколько, чёрт возьми, сейчас времени, но понимаю, что мне нужно поймать свою добычу, пока она не помешала другим жильцам.
— Алекса, хватит. Мы можем спорить о «Звёздных войнах» или о синих частях тела в моем номере. О которых, кстати, ты мне расскажешь. Давай не будем будить других гостей, потому что я предполагаю, сейчас очень поздно.
Она вздыхает, и свет в её глазах показывает, что я прав. Она проходит мимо меня к моему номеру и ждёт, чтобы я открыл дверь и впустил её. Я вставляю ключ-карту в слот, и Алекса еле дожидается, когда я вытащу её, она заходит в мой номер и направляется прямиком в спальню. Я следую за ней и останавливаюсь в дверном проёме, она ложится на кровать и прикрывает глаза рукой. Подойдя ближе, я понимаю, что она плачет, и чувствую себя ослом за свои игры.
Я сажусь на кровать рядом с ней, поднимаю её и тяну в свои объятия. Несколько минут она молча плачет, прежде чем успокоиться и отодвинуться от меня.
— Мне жаль, Джейс. Это просто… было так сложно. Всё это. Потерять тебя. Потерять Тая. Снова быть здесь с тобой и не чувствовать вины, знать, что моё сердце всё ещё хочет тебя. И тогда, я набрасываюсь на тебя — снова, — и ты отвергаешь меня — снова. Я идиотка. Мне никогда не следовало считать, что эти чувства значат для тебя то же самое, что и для меня, — признается она.
Я клянусь, эта девчонка не слушает. Разве я не обнажал свою душу перед ней двадцать долбаных минут назад, там на пляже?
Я поворачиваюсь к ней и толкаю её на кровать. Я не готов переспать с этой девушкой сегодня, но чёрт меня дери, если я не дам ей понять, что чувствую. Положив руки ей на талию, я задираю её топ, касаясь кожи. Я перемещаю своё лицо ближе к её и смотрю ей в глаза.
