Она перестаёт двигаться, и я клянусь, каждый нерв в моём члене горит, когда я вхожу в неё. От нашего контакта она закрывает глаза, и я провожу рукой по её мягкой щеке.
— Открой глаза, Алекса, — она делает так, как я сказал, ожидая продолжения. — Я хочу, чтобы ты видела, как мы занимаемся любовью, чтобы во время разлуки я всё ещё видел твои глаза, когда ты будешь кончать.
Открыв глаза, она поднимает бёдра, бросая мне вызов, чтобы я начал двигаться.
— Тогда, полагаю, тебе лучше вернуться к работе, — поддразнивает она.
Я целую ее, заставляя замолчать, и начинаю медленно двигать бедрами, мои руки поднимаются вверх по её телу, лаская мягкую грудь. Она хнычет у моего рта от ещё одного контакта, и, наконец, подстраивается под движения моих бёдер. Она пытается ускорить темп, но я согласен потратить следующие несколько минут, удерживая её.
Всё больше злясь из-за моего темпа, она бьёт меня в плечи, отстраняясь.
— Моя очередь, — говорит она с придыханием, и по прошлым разам я знаю, что она близка к оргазму.
Я переворачиваюсь на спину и сажаю её сверху, не отрывая от себя. Закрыв глаза, она начинает двигать бёдрами. Я позволяю ей держать их закрытыми, видеть, как она объезжает мой член, а её грудь подпрыгивает, более чем достаточно для моих воспоминаний. Она расслабляется, пока её бедра совершают круговые движения. Мои руки скользят вверх по её телу, сжимая и одновременно лаская её грудь.
— Я весь день могу смотреть, как ты двигаешься на мне, детка, — рычу я, желая сделать именно это.
Поддавшись вперёд, она задыхается и опускает руку мне на грудь, а я начинаю слегка пощипывать её соски. Она выглядит чертовски сексуально, обнажённая и с моим членом, похороненным глубоко внутри нее. Я побеждён чувственной, страстной женщиной, которой она стала, и знаю, что никогда не смогу насытиться ею.
Удерживая её за бёдра, продолжаю двигаться. Я приподнимаюсь, хватаясь рукой за спинку кровати, чтобы сесть. Другую руку оборачиваю вокруг её поясницы, притягивая к себе, так, чтобы её колени оказались по обе стороны от меня. Она начинает ускоряться, и я буквально пожираю её губы, пока вхожу в неё. Прервав поцелуй, Лекси опирается на мои плечи. Я чувствую, как стенки ее влагалища начинают сжиматься вокруг меня, поэтому знаю, что она близка к оргазму. Большим и указательным пальцами массирую её клитор, приближая к краю, зная, что я тоже близок.
— О, боже, да. Так, Джейс, — она прерывисто дышит, ускоряя темп.
Продолжая двигаться внутри неё, меня начинает одолевать одышка из-за бешеного темпа. Я хлопаю по клитору большим пальцем и надавливаю на него. Она продолжает двигаться и взрывается, сексуально выкрикивая моё имя. Сжимается вокруг моего члена, и это всё, что нужно, чтобы довести меня до оргазма. Притянув к себе её лицо, я целую Лекси с отчаянным голодом, пока продолжаю двигать бёдрами, а она сжимается вокруг меня.
Подарив ей последний поцелуй, я отстраняюсь и смотрю ей в глаза. Убираю волосы с её плеч и замечаю пот, покрывающий её кожу. Она застенчиво улыбается, и я целую её ещё раз.
— Это было потрясающе. Ты великолепна, когда кончаешь, — говорю я, пробегая рукой по её спине.
Она вздрагивает, когда мои пальцы выводят круг на её коже чуть выше попки.
— И ты не так уж плох, — подмигнув, отвечает она.
Опрокинув её на кровать, я устраиваюсь сверху. Спускаюсь поцелуями к её шее и беру в рот сосок, слыша, как с её губ срывается вздох, когда я прикусываю его.
Я поднимаю взгляд и ухмыляюсь.
— Не так уж плох? Мне кажется, я должен показать, насколько «не так уж плох» я могу быть.
С последним поцелуем я отрываюсь от неё и направляюсь в душ. Возвращаюсь с губкой, чтобы очистить Алексу. Она улыбается, но когда я начинаю вытирать её, хватает меня за запястье.
Соблазнительно улыбаясь, она предлагает:
— Почему бы нам не опробовать твой душ, так мы помоемся оба?
На моем лице расцветает ухмылка, а член возвращается к жизни, при мысли о ней голой и мокрой под душем, пока я намыливаю её тело. Я хватаю её за руку и веду в ванную, молясь, чтобы я был готов ко второму раунду.
33 глава
Лекси
Я медленно просыпаюсь, когда чувствую пальцы, ласкающие мою кожу. За окном ещё темно, привыкнув к полумраку, я вижу Джейса, уткнувшегося мне между ног. Я касаюсь его плеча, он поднимает лицо и, ухмыляясь, сжимает мои бёдра руками.
— Доброе утро, детка, — говорит он, приближая пальцы всё ближе к моему центру.
Отмечая, что могу видеть его в лунном свете, говорю:
— Вообще-то, моё утро начинается с дневным светом, но думаю, я могла бы рассмотреть и такой способ побуждения.
