— На этой поляне и останемся, — скомандовала преподавательница, первой сбрасывая рюкзак на землю. — Роберт, Саймон, Элайджа, вы за дровами. Саманта, Эллис, Майкл, Джейкоб, Кристина — устанавливаем палатки, я вам помогу. Остальные распаковывайте вещи. Ребекка, ты отвечаешь за провизию, набирай помощников и вперед! Кто будет ответственным за костры?
— С вашего позволения, мэм, — улыбнулся Кристиан Рэд. Лобейра благосклонно кивнула.
Ребята с облегчением свалили вещи с плеч. Поляна наполнилась радостным гомоном. Ребекка быстро увела у нас Ханну, мы же с Ками набились в помощники к детективу. Кайл старался держаться подальше от открытого огня, но жар углей ему явно нравился. Как только прогорели первые ветки, я незаметно выхватила из костра головешку. Остывший уголь легко крошился под пальцами. Обозначив границу стоянки, я вернула остатки в огонь. Перед сном активирую контур, хотя бы на сигнализацию. Вряд ли, конечно, ведарси рискнут атаковать нас, когда вокруг столько людей, но подстраховаться стоит.
Потом выяснилось, что все уже давно поделили места в лагере, и нам только и оставалось, что разбежаться по чужим палаткам, что никого из нас не устраивало. Впрочем, ни я, ни Ками с Ханной особо об этом не горевали. Разложили спальники поближе к костру и уселись на них, как на подушки. Поджаривающиеся на веточках сосиски мысленно вернули меня в глубокое детство. На другой стороне в круге света померещился Хэл, а бархатный голос Лобейра сквозь сон мешался с голосом Дэриэлла. Ближе к полуночи ребята начали расползаться по палаткам и спальникам. У костра, кроме преподавательницы, остались только Ками, Ханна, Рэд и я. Да и мы уже начинали клевать носом.
Дым костра пах чем-то неуловимо знакомым, сладковатым. Я силилась вспомнить название, но веки словно налились свинцом, а мысли путались. В руки толкнулась кружка с теплым настоем. Кажется, опять ромашка…
— Выпей, — коснулся уха шелестящий шепот Лобейра. — Это поможет тебе спокойно уснуть.
«Куда уж спокойней», — подумалось мне. Зубы звякнули о край чашки. Напиток отдавал горечью и металлом. Я сделала глоток, другой… Горло свело судорогой. Легкие начало выворачивать кашлем.
— Что… что это такое? — прохрипела я, царапая ногтями землю, отчаянно пытаясь вдохнуть. Отвар расплескался по траве, как капли ртути. От сердца расползалась волна пульсирующей боли, оставляя после себя ощущение пустоты. Сознание ускользало. Краем глаза я заметила, как справа свернулась в клубочек Ханна, а рядом с ней Ками бессильно раскинулся по траве. Спят… Не слышат… Да что же это такое?! — Что ты подмешала туда?
— Это всего лишь звездная пыль, — тихо ответила Лобейра, наклоняясь ко мне. И костер не имел не малейшего отношения к багровым отсветам в глубине ее глаз. — Сиречь пиргит истолченный. Нравится, равейна?
Я пыталась закричать, но голос не слушался. Тело горело, будто начиненное углями. В груди образовался вакуум. Под щекой кололись смятые стебли. А прямо перед глазами, на жарких багровых головешках медленно сворачивались в трубочку узорные листья, источая тошнотворно-сладкий дым. Губы искривила слабая улыбка. Надо же, не узнала алинный якубовор. Меня погубила дурацкая сон-трава…
Если выживу, с Дэриэллом мне лучше не встречаться.
Темнота.
Тычок под ребра. Выгибаюсь, хватая ртом воздух. Мучительно медленно открываю глаза. Взгляд никак не может сфокусироваться. Ресницы слиплись, кожу стянула липкая корка… Кровь?
— Очнулась. Она не сдохнет от этой твоей отравы, женщина?
— Не сдохнет, — бархатом ласкает слух тихий голос. — Впрочем, не все ли равно?
— Она должна дожить до ритуала, — недовольно прерывают ее. Рыкающие нотки, знакомые интонации. В памяти всплывает имя — Первый. Вожак ведарси. — И так Жадный немного… перестарался.
— Ему есть за что ненавидеть эту тварь, — спокойно возражает собеседница. — Ожоги на его лице до сих пор кровоточат.
Губы иронично искривились. Да, следы от моей крови так легко не смоешь.
— Смотри-ка, Волчий Ветер, равейна улыбается, — удивленно восклицает Первый. Я собираюсь с силами и поднимаю голову, чтобы столкнуться взглядом с немолодой женщиной, кутающейся в голубую шаль.
Мозг опаляет поздняя догадка.
Вента Лобейра. Vento Lobeiro. Волчий ветер. Истина была у меня под носом, а я, идиотка, ее проглядела!
— Скоро перестанет, — шипят откуда-то сбоку.
Скашиваю взгляд. Тени убегают от света костра, мечась по стенам пещеры. На полу расстелены шкуры, на которых сидит, прикрывая волосами изуродованное лицо, высокий тощий парень с совершенно безумным взглядом.
Жадный. Только его здесь не хватало.
Внезапно жуткой, мучительной волной накатывает осознание беспомощности. Тянусь к силе в глубине моей крови и с размаху проваливаюсь в пустоту. Распахиваю глаза, стремясь увидеть нити… и остаюсь слепа.
Выгибаюсь, насколько позволяют веревки, кричу горько, отчаянно. Пустота хуже боли в вывернутых руках, хуже крови, стягивающей кожу, хуже пронзительного, сумасшедшего взгляда цвета весеннего неба.
