Как-то незаметно пролетело лето. Спиридоновка облегчённо вздохнула: всё, отбоялись, можно расслабиться. Похоже, напуганные перспективой угодить в колонию, Васи поутихли. Впереди правда ещё зимние и весенние каникулы, но они к счастью, короткие: не успеет "ураган" ВасьВась войти в силу, как пришла пора утихать.
В зимне-весенние каникулы Вася не приезжал. Прислал письмо: соревнования по самбо, мамка с папкой подрались так, что угодили в больницу, ходить надо, проведывать. «Летом обязательно приеду».
Спиридоновка ждала лета с крохотной надеждой, что нынче всё будет поспокойнее. Как-никак ребятам исполнилось по четырнадцать лет, паспорта получили, должна же хоть искорка взрослости посетить их.
- Господи, влюбились бы, что ли друг в дружку, - вздыхали бабушки. - Любовь-то и зверя мягким, ласковым делает. Не до хулиганства...
Глава 2 БЕДА
На остановке стояла бабушка непривычно сгорбленная, поникшая, с таким лицом, будто только что перестала плакать. И небо казалось глазом, заполненным до краёв слезами, ещё чуть-чуть и слёзы хлынут потоком.
-Что? Что случилось?- вместо приветствия выдохнул Вася, чувствуя, как незнакомо холодеет спина, рука вспотела, разжалась, и тяжёлая сумка ударилась о землю.
- Ох, Васенька, - шмыгнула носом бабушка. - Беда с Василисушкой...
Вася подхватил сумку, не чуя её веса, метнулся в сторону дома Маркиных.
- Сумку-то, сумку дай домой снесу, - запоздало бросила вслед бабушка.
Вася вихрем влетел во двор, едва не сорвав калитку с петель. На лавочке у крыльца сидела Елена Юрьевна, такая же поникшая, постаревшая с заплаканным лицом. Видеть её вечную веселушку в таком состоянии было больнее всего: у Васи даже сердце зашлось от жалости.
-Васенька, сынок... - Елена Юрьевна глянула полными слёз глазами. - Горе-то, какое... моя рыбонька...
Вася колодой рухнул на ступеньку крыльца, сумка, точно живая отпрянула, перевернувшись, в ней что-то звякнуло и хрустнуло.
-Что с Васей?
Елена Юрьевна не в силах была говорить, - слёзы душили, - она лишь махнула рукой в сторону двери: мол, иди, там Василиса...
Вася медленно поднялся на отяжелевшие ноги, шагнул на крыльцо, а в голове вспышками замелькали самые ужасные картины: Вася вся в гипсе... обгоревшая с головы до пят... ей оторвало руки или ноги...
Василиса живая и здоровая суетно собирала рюкзак. На кровати ворох всевозможных вещей, на столике ждали своей очереди баночки, бутылочки, свёртки. На стуле тугой рулон палатки. На Василисе чёрные вельветовые джинсы, тонкий свитер с глухим горлом.
- Привет. Что за дурацкие шутки?
- Кому шутки, кому... - сухо начала Василиса, не ответив на приветствие, нервно схватила шерстяные носки, стала комкать их, словно в раздумье: брать или не брать?
Вася прошёл к кровати, сел. Напряжение схлынуло, на смену ему пришла неприятная дрожь. Неожиданно для себя, вдруг истерично выкрикнул:
- Что происходит?
- Что происходит? - тихо повторила Василиса, затем резко вскинула голову, глянула на Васю незнакомыми, чужими глазами. И тоже закричала, швырнув носки в зев рюкзака: - У меня рак! И я скоро сдохну! Вот что происходит!
- Рак? - переспросил Вася, по инерции продолжая считать, что над ним дурно подшучивают.
- Представь себе, - Василиса со злостью принялась пихать в рюкзак всё подряд, что попадалось под руки. - Завёлся гад и тихой сапой жрёт меня... Мамку сожрал, не подавился...
- И что... вылечить нельзя?
- Можно. Если будет донор, новорождённый ребёнок от моих родителей. Классная задачка, да? Будет донор - будешь жить, не будет - гуляй, Вася. Не –опера - бельная! Теперь всё понятно?
- Понятно, только не ори, я не глухой. А это зачем? - Вася кивнул на рюкзак, палатку.
- В Ежовое ущелье пойду.
Про Ежовое ущелье слышали все в Спиридоновке и в окрестных сёлах, но мало кто там побывал. Чтобы попасть в ущелье нужно преодолеть два сложных перевала, затем не менее трудный скалистый участок. Многие сомневались, что ущелье существует, ибо всё смахивало на легенду: якобы в этом ущелье есть озерцо с такой целебной водой, что излечивает любые болезни, даже те, против которых нынешняя медицина бессильна. И та вода вроде бы в любое время года всегда тёплая, как парное молоко, по вкусу и запаху напоминает чай с мятой и смородиновым листом. Иные поправляли: нет, это чистейший настой ягод шиповника. В общем, по рассказам получалось, что озерцо вроде библейского святого источника: у безруких вырастают руки, у безногих - ноги, бесплодные, испив водицы, становятся полноценными.