В жизни Леры Востриковой происходят странные события: ее, сироту, пригласили в элитную школу, но через три года выпихнули замуж, не дав доучиться; сказала «да» умопомрачительному жениху и приняла от него кольцо, но вмешались похитители и все испортили. Ладно бы выкрали ее, сокровище, каким она чувствовала себя рядом с Федором, так нет, умыкнули жениха. Слишком много «но»? Лера по прозвищу Шило добавит еще одно. Умрет, но вернет похищенное счастье.
– Полиция! Вызовите кто-нибудь полицию! О, боже! – я бежала, натыкаясь на столики, и кричала, не понимая, что, кроме меня, никто не видит, как моего жениха запихивают в машину. Те немногие посетители, что зашли в кафе во внеурочное время, сидели в центре зала, а потому застали лишь финал похищения – удаляющуюся машину.
Я в бессилии сползла на ступеньки каменного крыльца. За спиной гудели голоса персонала, выскочившего из кухни, кто-то с надрывом называл адрес кафе.
– Вы хотя бы номер запомнили? – официант сочувственно протянул салфетку. Я помотала головой. – Знаете, здесь до развилки довольно далеко. Если поторопиться, то можно хотя бы посмотреть, в какую сторону его увезли. А если догоните, то и номер записать. У вас же есть машина?
Я опять помотала головой. Машины у меня не было.
– Но на вашем столике лежат ключи.
Я метнулась назад и оторопело посмотрела на оставленный Федором брелок. Он сиротливо приткнулся к пустой коробочке из ювелирного.
– Да! У меня есть машина, и я отлично вожу! – я схватила свою сумку, наконец-то понимая, что нужно делать.
Внедорожник Федора черным монстром возвышался над остальными автомобилями. Такой виден издалека. До него я не бежала, летела. Нажала на брелок заранее, чтобы не тратить время, а потому, когда села, тут же рванула с места. Пристегивалась на ходу под противный писк предупреждения.
Официант оказался прав. Когда я выскочила на перекресток, седан похитителей оказался как на ладони. Он удалялся в сторону лесного массива, и при желании я могла его догнать.
– Повезло, что не в город. Там бы я фиг тебя нашла, – в минуты волнения я всегда разговаривала сама с собой или вот как сегодня – с автомобилем похитителей. Белый, он хорошо был виден на поворотах, даже если деревья закрывали обзор. Низкая посадка гарантировала, что машина не свернет в глушь, в бездорожье, не затеряется на какой-нибудь колее, которую я впопыхах могу проскочить.
– Ну, еще чуть-чуть! – повторяя зигзаг, о котором предупредил дорожный знак, я молилась, чтобы дальше дорога катила по прямой. Тогда точно догоню.
Что буду делать, когда разгляжу номер, не думала – телефон унес Федор, а свой как всегда забыла зарядить. Да и не пользовалась им особо. Мы с Федей почти не разлучались, а больше звонить было некому. Так сложилось, что я сирота, и за три года обучения в закрытой школе утратила связь с прошлым.
Когда вышла из поворота и увидела совершенно пустую дорогу, растерялась. Проехав по инерции метров триста, развернулась. Почти легла на руль, вглядываясь в лесную полосу. Где-то же они свернули? Зря я радовалась, что у седана низкая посадка.
Догадалась о просеке по сломанной ветке, что перекрыла путь. Пришлось вылезти и оттащить ее в сторону, а заодно убедиться, что седан оставил следы. Каблуки вязли в жирной после дождя земле. Садясь в машину, сняла туфли и зашвырнула их на соседнее сиденье, к сумке. Плевать, что испачкают обивку. Босиком я лучше чувствую машину.
Тоннель в толще скалы открылся внезапно. Не раздумывая, откуда могла взяться гора, путь и невысокая, и к чему в лесной чаще тоннель, к которому не ведут дороги, нырнула в него. В конце маячило световое пятно, и я нажала на газ.
Что я помню: меня ослепило какое-то слишком уж яркое солнце, но я успела заметить внезапно выросшую перед носом зелень. Я резко ударила по тормозам и оказалась в свободном полете. И это при том, что у машины присутствовали лобовое стекло и приличная система безопасности. Ни того, ни другого я не почувствовала. Меня просто сдернуло с сиденья и кинуло вперед.
Завершив полет скольжением по траве на пузе, я поднялась на колени, ошалело ощупала себя и лишь потом обернулась.
За спиной не было никакого тоннеля. Машина застряла в толще скалы, как доисторическая муха в смоле. Фары дальнего света еще горели, и картина казалась фантасмагорической.
Шум ломаемых ветвей заставил крутануться на месте и упасть на четвереньки. Подол любимого платья мешал двигаться, но ползти, а тем более бежать, не пришлось. Я оторопело села на зад: в десятке метров от меня в небо тяжело взлетали два огромных ящера, и в лапах одного из них болталось тело моего Федора.
Я вовремя закрыла ладонями лицо: от сильного ветра, поднятого мощными крыльями, в воздух взметнулся мелкий сор и больно ранил кожу.
Так я оказалась в мире, который сразу отсек все пути назад.
Как описать состояние, что охватило меня? Оцепенение? Ну есть такое. Ящеры уже скрылись с глаз, а я продолжала сидеть на пятой точке и пялиться в небо. Страх помноженный на неверие, что происходящее реально? Но подбородок, обожженный скольжением по траве, покрылся сукровицей и ныл, так что не было нужды щипать себя. А может, я выпила больше одного бокала шампанского и теперь сплю лицом в салате? Это вообще из области фантастики, но все же. Кстати, отличное объяснение, почему саднит кожу – салат хорошо сдобрили лимонным соком. А может…