Через минуту, со всеми предосторожностями, страхуя друг друга, бойцы спецназа добрались до позиций противника – те залегали за деревьями, за припаркованными автомобилями – чтобы обнаружить странную картину: все, кто здесь находился, были мертвы. Мертвы бойцы, увешанные оружием, как и спецназовцы, мертвы безоружные мужчины и женщины, которые лежали так, будто только что палили в сторону наступающего спецназа из какого-то оружия. И мертвы они все были не просто так – не убиты из огнестрельного оружия, не заколоты ножами – они были буквально разорваны, изувечены, будто здесь поработала огромная злая обезьяна вроде бабуина, славящегося своими длинными острыми зубами. Оторванная голова, выбитые глаза, вырванная из плеча рука, кишки, разбросанные по земле, – видавшие виды спецназовцы просто оторопели, увидев это зрелище.
А когда генерал приказал искать гражданского, который, скорее всего, все и сотворил, командир группы ошеломленно покрутил головой и подумал о том, что пора завязывать с этой работой. Ненормальная пошла служба. Если чего-то не понимаешь – это хуже всего. Обычный боевик – ты знаешь, как против него воевать. Он умирает, если в него попадет осколок либо пуля. А что говорит генерал? Что в какого-то безоружного гражданского нужно всадить не меньше рожка патронов, а потом отрезать ему голову – и только тогда он будет мертв?!
Это что – зомби, что ли? И с кем вообще сегодня воевали? Погибли два бойца, трое ранены – каким оружием? Одного разрезало на части, как будто раскаленной стальной сетью – это как?! Другому снесло голову огненным шаром – откуда эти плазмоиды? Что за оружие? Инопланетяне, что ли? Нет, пора сваливать с этой службы. Лучше куда-нибудь в ЧОП либо в охрану банка. Мило дело – таскаешься за банкиром, всем своим видом изображая крутого телохранителя, получаешь отличные бабки, и ничего тебя на свете не парит, кроме того – как долго проживет твой хозяин. А он проживет, ему телохранители нужны только для понта – уже давно никто ни в кого не стреляет, все разборки проходят тихо-мирно, в уютных кабинетах, без мордобоя и снайперов!
А тут что? Ну… зарплата тоже неплохая, если уж быть честным, то если за эту зарплату нужно воевать с инопланетянами… нет, не надо такой зарплаты. Он на такое не подписывался.
Гражданских не нашли. Кроме жителей микрорайона, начавших вылезать из своих квартир на выстрелы – любопытный народ! Где-нибудь в Штатах все давно бы уже залегли на пол и не высовывали носа, пока все не закончится. Эти же – со своими дурацкими мобильниками – лезть, снимать! Чтобы потом выложить в Сети и получить кучу лайков! Будто от этих лайков зависит сама жизнь.
Впрочем – и зависит. Высунул голову, чтобы поснимать происходящее – тут же тебе ее и отстрелили. Так и случилось – одного все-таки завалили в перестрелке – молодой человек снимал происходящее на свой айфон…
А может, и неспроста это случилось, не случайной пулей. Может, он заснял что-то, что видеть никому не надо? Свидетелей убирают… Впрочем, это совсем другое дело. Дело же спецназа – уничтожать террористов. Террористы уничтожены? Уничтожены! А чего еще-то надо?!
Гражданские какие-то ушли, исчезли? А на что у вас полицейский кордон? ОМОН? Как этот гражданский, да еще и с бабой, просочился сквозь этот самый кордон?! Пусть полицейские теперь его и ищут! Банкомат ограбил? Да мне плевать! Я свою задачу выполнил, ко мне претензий быть не должно!
И, кстати сказать, кто ответит за потерю бойцов? Тренированных, опытных бойцов? И кто пойдет в их семьи сообщать о гибели кормильцев? Кто?! Я!
Ага, вы же не пойдете! И я не дерзю! И вообще, я решил подать рапорт на увольнение, господин генерал! Хватит, настрелялся в инопланетян! Каких инопланетян? Да не надо меня дураком держать! Хватит уже! Подурачили! Посмотрите на трупы – хорошенько подурачились!
Все. Баста. Увольняюсь. И думать не буду! Хватит! Завтра? Завтра ничего не изменится! И послезавтра, и вообще – никогда. Всегда будут дураки, которых отправляют в бой, и те, кто дураков отправляет. Вот и я не хочу быть в дураках!
Стресс, стресс… да, стресс! Нет, не буду пить. Домой! Хватит на сегодня «Звездных десантов». Может, все-таки расскажете, с кем мы сегодня воевали? Нет? Гостайна? Да плевать – и на тайны, и на гос!
С меня хватит.
Хватит!
Они брели по тоннелям, как и сутки назад. Только теперь у них нет еды и есть много, очень много денег. Так много, что на них можно было бы прожить год. Или два. Или три? Если только выбраться наверх, купить еды и найти место, где эту еду можно спокойно съесть. Квартиру, комнату, гостиницу – что угодно! Лишь бы упасть на кровать, лишь бы больше не двигать ногами, чавкающими в этой вонючей грязи. А деньги, увы, есть нельзя. Смешно – голодать, будучи миллионером!
– Куда мы идем? – Голос Аньки прозвучал глухо и гулко, тут же завязнув во тьме.
– Там оставаться опасно. Нужно как можно дальше отойти от места битвы.
Голос мужчины был бесстрастен, холоден, как и обычно, но Аньке вдруг показалось, что она услышала некую нотку… жалости? Сочувствия? Наверное, показалось.
