— Моя вера, Рита. Я прожил с ней, как с частью себя, всю свою жизнь. Я жрец своей веры. И как таковой, я не могу её предать.
Она слегка наклонила голову.
— Вы слепец, но таков ваш выбор, соответствующий вашим убеждениям. А вы, леди Диана?
— Вероятно, я также скажу, что это вера… вера в прошлое, в то, что определило мою жизнь… — Она говорила медленно, как будто подыскивала правильные слова.
— Пусть будет так. А ты, Джин? Хотя — я могу понять, что привязывает тебя к опасности и темноте.
Девушка вспыхнула, рот её перекосила ярость. Но она не произнесла ни слова, только встала чуть ближе к Крокеру.
— А теперь вы, миссис Клэпп? — продолжила Рита. Всё походило на то, что она как будто силой вырвала у каждого из них окончательный отказ.
— Ну… возможно потому, что я всю жизнь была набожным человеком. Если викарий скажет, что это не так… ну, я стерплю это.
— А вы, Строуд?
— Я как леди Диана… я выбираю тех, с кем был всю свою жизнь. И это устраивает меня.
— А ты? — Теперь Рита повернулась к Линде.
— Если выбираешь Авалон, остаётся ли хоть один шанс вернуться в своё собственное пространство и время? — спросила американка.
— Этого я не знаю. Но верю, что желание остаться будет сильнее, чем желание вернуться. Это относится ко всем, кто становится частью Авалона.
— В таком случае, мой ответ будет отрицательным. Но Ланг выбрал? — Теперь Линда не сводила глаз с собаки, свернувшейся у ног Риты.
— Спроси его.
— Ланг… Ланг… — Линда негромко позвала собаку. Пекинес, взглянул на неё и пошёл, медленно, но пошёл.
— У них есть своя привязанность, — сказала Рита. — Он будет оставаться с тобой, потому что привязан. Точно так же, как Джереми останется разделить вашу судьбу, Мод Клэпп.
Теперь она собиралась спросить его. Ник собрался с силами, потому что знал, что именно он ответит и что из этого выйдет. Почему он должен нести эту ношу? У него нет привязанности, как выразилась Рита, и, тем не менее, он должен пойти против всех своих наклонностей, и ему не над чем раздумывать, чтобы дать свой ответ.
— Я остаюсь, — сказал он прежде, чем она смогла спросить его.
Рита нахмурилась. — Что касается тебя, то это не одно и то же. Ты дал ответ, но он может означать и многое другое, что может получиться из этого. Мы увидим. Тем не менее, я должна помочь вам всем. То, что ожидает вас снаружи, это всего лишь первая волна. Используйте свою волю вместе с моей, и я установлю барьер… чтобы немного продержаться.
— Нам ничего не нужно от тебя! — вспылил Крокер.
— Барри, здесь решают все, — сказал викарий. — Я думаю, Рита, ты предлагаешь это для нашего блага. Что скажут остальные?
Крокер и Джин закачали головами, но остальные кивнули с одобрением. Итак, приняв решение, они образовали цепочку, объединяя свою волю, оставаясь внутри пещеры, не имея понятия, что происходит снаружи, но ощущая яростный прилив энергии от Риты.
— Это не удержит. Это только даёт вам короткую передышку.
— За то, что ты делаешь для нас, мы благодарны тебе, — ответил Хедлет. — И мы, дитя моё, желаем тебе добра.
Рита подняла руку и прочертила в воздухе знак, написанный бледным синим огнём, который задержался лишь на миг — знак египетского креста.
— Я желаю вам… умиротворения. И ничто не может побеспокоить вас с этого момента.
Она заплакала в очередной раз, слёзы были отчётливо видны на её белых щеках. Затем она повернулась и ушла, сияющий кокон излучения обхватил её, потому не смогли разглядеть момент её исчезновения.
— Она пожелала нам смерти! — взорвалась Джин. — Вы это знаете, разве нет? Она имела в виду под своим «умиротворением» — смерть!
— Она пожелала нам самого лучшего, чего могла только вообразить. — Голос Хедлета был очень усталым. — Я убеждён, что она была откровенна с нами.
— Да, — с трудом согласилась с ним леди Диана. Она ничего не добавила к этому, но, стоя, у огня пристально вглядывалась в пламя.
Тут к Нику подошла Линда.
— Ведь может же существовать путь назад… — сказала она ему с нетерпением в голосе.
— Назад, куда? — Он едва понимал её.
— Назад, в наш прежний мир.
— Как ты себе представляешь это? — Теперь он осознал, что она говорила.
— Если бы мы только смогли выйти отсюда и добраться… туда, где мы «вошли». Почему бы там мы не смогли «построить» дверь и пройти через неё? Если мы смогли «создать» солдат и пулемёт, как мы сейчас сделали… — она махнула рукой в сторону входа в пещеру… — тогда мы должны суметь вернуться назад такими же совместными усилиями воли… Разве не понятно? Это могло бы сработать… Должно! — Последние слова она произнесла так неистово, как будто в этот момент и правда могла видеть такую дверь, а за ней — безопасное прошлое.
— Даже если бы это и могло сработать, — заключил Ник, — как мы доберёмся до леса, чтобы осуществить такую попытку? Если мы выйдем отсюда… понимаешь ли ты, что ожидает нас снаружи? И нам не удастся проделать такой дальний путь, постоянно соприкасаясь с существами, подобными тем, что дожидаются нас!
— Мы можем… — она не сдавалась, — использовать иллюзии. Разве не понятно?.. Это единственное, что мы можем сделать.
