Ростовский парень Анатолий Штыба поступает в комсомольскую школу в Красноярске. В багаже знаний и навыков прошлая жизнь в теле инженера. В новом молодом теле возможностей в чем-то больше, в чем-то меньше. Что ему готовит жизнь общажная?
Да ладно! В самом центре города! Рядом с каким-то милицейским штабом, да ведь ещё на той стороне проспекта Мира полно людей в форме! А тут, в пяти метрах от улицы Ленина, до меня докопались два утырка.
— Показывай, чувачок, что в сумках, — говорит один из них, долговязый парень лет двадцати пяти, а второй того же возраста старается мне загородить переход через улицу, обходя меня сбоку.
Сюр!
Поворачиваюсь к нему лицом и вижу на другой стороне четырехэтажную школу! Причем выход из неё прямо на тротуар, огороженный от дороги невысокой оградкой. Дети выходят веселой стайкой, чуть ли не под колёса автомобилей.
«Это что за школа такая, это что за гопники такие наглые?» — роятся вопросы в голове, а руки делают на автомате, что должны.
Сюр!
Сумки соскальзывают с рук, и я бью левого в челюсть, а правого бросаю через бедро. Рюкзак не снимаю даже.
Внезапно раздаётся знакомая детская мелодия, поворачиваю голову и вижу, как открываются створки в доме напротив над самым входом, как я вижу, в кукольном театре, и начинают кружиться куклы. Вот кукла-часы, вот кукла-свирель.
Сюр!
Мотаю башкой, пинаю по разу гопников и, поднимая сумки и переступая через них, перехожу дорогу. На той стороне ещё раз оглядываюсь, надо вернуться по улице назад, там остановка транспорта.
Случайно повернул голову в другую сторону и вижу ресторан «Север» и человек десять солидных мужчин, судя по активной жестикуляции и громкому смеху, пьяных. И опять напротив школы и прочего. А дом, где находится ресторан — красивый, старинный, с колоннами.
Сюр!
«Что-то много всего на один квадратный метр города», — размышляю я про себя и вижу магазин «Нива» — наверное, хлебный. Захожу и точно — с одной стороны хлебный, с другой — кафе, против воли захожу в кафешку. Угловая раздача, стаканы с какао, и куча разных горячих булочек! Беру обсыпушку и ром-бабу, ну и какао. Тут же с десяток столиков, занятых разными людьми. Сажусь за столик с одиноким парнем, аккуратно вкушающим бутерброд с варёной колбасой и яичко вкрутую. Парень выглядит интеллигентно, кушает аккуратно, и вообще, хорош собой.
— Приятного аппетита, — запоздало желаю я ему.
— Что влетит? — не понял он моего зажёванного булкой пожелания.
Я повторяю уже внятнее, проглотив кусок, мы смеемся и знакомимся.
— Анатолий Штыба — будущий комсомольский работник, — представляюсь я.
— Дима Хворостовский, пока учусь в институте культуры, — говорит парень. — Планирую служить в нашем оперном театре, есть шанс на следующий год войти в труппу.
— Тут и институт культуры есть и театр оперы и балета? — удивляюсь я.
— А чем мы хуже? — смеётся парень.
— Анекдот рассказать про оперу? — спрашиваю я, и, получив согласие, рассказываю:
Сидит мужик на опере и вдруг спрашивает у соседа:
— Простите, это не вы только что "ЕБ ВАШУ МАТЬ!" сказали?
— Ннннет…
Мужик то же самое у другого соседа спрашивает, тот так же дико открещивается.
— А, — откидывается на спинку кресла спрашивающий. — Значит музыкой навеяло.
Димон ржёт и говорит:
— Надо нашим парням рассказать, я квартиру снимаю вскладчину.
А я вдруг понял, откуда знаю эту фамилию! И этого парня, соответственно, тоже!
Сюр!
Знаменитый оперный певец в будущем, сейчас его карьера, скорее всего, на старте. Я, смеясь, рассказал про попытку гоп-стопа на виду у милиции.
— У нас такое бывает! Ладно, бывай! — попрощался со мной оперный певец.
Я покушал и пошёл за хлебом, там продавалась та же выпечка, и я не удержался, набрал рубля на полтора разной, ну и хлеб. Наконец, иду на остановку, там стоят десятка три пассажиров, и места присесть нет. Стою, жду своего автобуса, а нет его, почти час прошёл, уже охота в туалет немного. Смотрю, автобус подходит, жаль, не мой, однако на нем табличка с маршрутом, где есть нужная мне улица, вернее, проспект Свободный. Думаю:
«Дай сяду на него, сокращу расстояние между мной и общагой».
Гид из троллейбуса назвал адрес, докуда мне необходимо добраться — проспект Свободный, семьдесят девять».
Еду всмятку, зажатый со всех сторон, а что делать? Транспорта тут мало, набиваются, похоже, всегда по полной. Но мне повезло, стою около окна и вижу номера домов, переживаю, как бы этот семьдесят девятый дом не проехать. Не должен, по идее, ведь здание немаленькое, похоже. Уже проехали какой-то университет, но улица другая — Маерчака, потом сразу за ним — уже виденный из окна поезда кинотеатр «Космос». Номера домов уже за пятьдесят, решаю выйти и дойти пешком, надоела толкучка. Выхожу и иду, по правой стороне домов, шестьдесят, шестьдесят четыре, перехожу дорогу — там нечётные дома, институт с красивой чеканкой на стене, Промпроект какой-то и номер дома у него семьдесят пять.
«Рядом уже», — радуюсь я.
