Евгений Васильевич ХРУНОВ, Левон Суренович ХАЧАТУРЬЯНЦ
ЗДРАВСТВУЙ, ФОБОС!
Научно-фантастическая хроника
("Путь к Марсу" - 3)
В книге космонавта Евгения Хрунова и профессора Левона Хачатурьянца читатели вновь встретятся с героями предыдущих повестей "Путь к Марсу" и "На астероиде". На этот раз предстоит экспедиция на Фобос, чтобы проникнуть в загадочный объект, сооруженный инопланетянами...
СОДЕРЖАНИЕ:
ОТ АВТОРОВ
Г л а в а I. Акопяну изменяет терпение
Г л а в а II. Метод "Лунного камня"
Г л а в а III. Таинственный сигнал
Г л а в а IV. Американские приключения
Г л а в а V. Разговор при закрытых дверях
Г л а в а VI. Секрет "однорукого бандита"
Г л а в а VII. Небольшая подводная прогулка
Г л а в а VIII. В космосе и на Земле
Г л а в а IX. Новая роль Акопяна
Г л а в а X. Время ускоряется
Г л а в а XI. Священная жертва
Г л а в а XII. Особое мнение Добрака
Г л а в а XIII. Правнук штандартенфюрера
Г л а в а XIV. Вызов брошен...
Г л а в а XV. Последняя схватка
Здравствуй, Фобос! (Пролог вместо эпилога)
Валерий ЖАРКОВ. Тайны марсианских лун
________________________________________________________________
ОТ АВТОРОВ
Основное правило нашей фантастики - поменьше фантазировать. Парадокс? Нисколько. Мы просто не хотим слишком далеко отрываться от сегодняшнего состояния науки и техники. Наша задача - сделать убедительной каждую подробность описываемого нами мира, чтобы у читателя не создалось впечатления невозможности, сказочности происходящего.
- Но ведь фантастика - это в какой-то степени современная сказка! возразит читатель, более привычный к "традиционной" фантастике, где возможно практически все - и межзвездные перелеты со сверхсветовыми скоростями, и бессмертие, и власть над временем. - А у вас получается что-то вроде популяризации новейших достижений науки и техники. Это, извините, совсем другой жанр!
Мы, конечно, попробуем защищаться:
- Определением жанровой принадлежности наших книг пусть занимаются литературоведы - если им будет интересно... Может быть, это вообще не научно-фантастические повести, а, скажем, научно-художественные хроники. Дело не в терминах. Мы хотим сделать прогноз, научно обоснованное предсказание: какой станет космонавтика через 20, 30, 50 лет...
- Значит, главные герои ваших книг - ракетные корабли и компьютеры, а вовсе не люди? - станет упорствовать дотошный читатель.
- Нет, конечно. Мы твердо знаем: независимо от жанра, предмет литературы - человек. Мы работаем в космонавтике и лучше всего знаем эту область. Поэтому вполне естественно, что большинство наших героев космонавты, специалисты по космической технике или медицине. Нас интересует судьба наших коллег в XXI веке, а значит, и их профессиональный труд, и проблемы, с которыми они столкнутся...
Да, наше дело - это главное содержание нашей жизни. И не только потому, что мы - чрезвычайно занятые люди и на все остальное, кроме работы, у нас остается не так много времени. Наше дело захватывающе интересно, во всяком случае, для нас. Ничего лучшего мы не знаем, ничем иным заниматься не хотели бы... Таковы же и наши герои - Виктор Панин, Марина Стрижова, Семен Тарханов, Сурен Акопян. Мы - представители космонавтики в литературе. Сюжеты наших повестей-хроник, конфликты, характеры персонажей рождаются не за письменным столом, а в рабочих командировках, во время ответственных экспериментов или научных диспутов...
Больше всего вдохновляют минуты запуска. Порою стоишь на смотровой площадке посреди степи, а перед тобой - красавица ракета в объятиях стартовых конструкций... и самому не верится, что вот сейчас эта громадина ростом с небоскреб легко уйдет в небо. Или сидишь в бункере командного пункта, среди мигающей, стрекочущей аппаратуры, среди множества сосредоточенных людей, слушаешь перекличку радиоголосов... и вдруг остро, отчетливо осознаешь: там, в головной части ракеты, в стальной скорлупе корабля, твои товарищи. Друзья, с которыми прожита часть жизни. Как-то пройдет сегодняшний запуск? Все ли будет "штатно", то есть в порядке? Хотя уже четверть века прошла со дня первого полета человека в космос, каждый старт - это подлинная "езда в незнаемое". Силы, сравнимые с мощью пробужденного вулкана, уносят ракету ввысь; она рвется прочь от Земли со скоростью во много раз большей, чем у артиллерийского снаряда; не дай бог, случится неполадка в сложнейших системах корабля... Конечно, сделано все возможное, чтобы этого не было, каждый узел многократно испытан и проверен. Но ведь есть ситуации, которые нельзя предвидеть... Напряжение растет с каждой секундой. Вот прозвучала команда руководителя полета - и космонавт откликается словом, традиционным для всех пусков, Юриным словом: "Поехали!" Грохот. Медлительные первые мгновения подъема. И - облегчением для натянутых нервов - торжественный голос: "102-я секунда полета. Полет проходит нормально, ракета идет устойчиво. 116-я секунда..."
