Постояли. Помолчали. Светка беззвучно плакала. Санитар Леша предложил поджечь дверь. Предложение угасло как неперспективное. Не доказать. Не найти. Не вернуть. Точка. Помните историю про «французское мыло»? Вот так-то…
Иногда воспоминания о «скорой» напоминают мне самому лоскутное одеяло. Кусочки, кусочки, кусочки… Хочется рассказать, а сам себя останавливаешь… Как передать? Какими словами объяснить? Как заставить почувствовать тоже, что и ты? Как доказать право на любовь, уважение и понимание к этому порой непонятному и неприступному «братству» Спасателей?
Может быть мне это сегодня все-таки удалось? Ну хоть на мгновение?
Если да, то передайте мой поклон ребятам и девчатам, мужчинам и женщинам в белых халатах или красных комбинезонах, стоящим в ваших дверях с фразой: «Здравствуйте, доктора вызывали?»
Ткнулся лицом в открытые тетради и мгновенно провалился в глубочайший сон. Первый раз со мной такое стало. Потом ребята говорили, что замолк на полуслове и… в «нокаут»
Самое смешное, что сидел рядом с доцентом кафедры. «Её» семинар, репутация строжайшей и пунктуальнейшей церберши. Вся группа усаживается вокруг длинного стола, раздаются истории болезни и начинается вивисекция студенческих мозгов. Тетка растерялась от такого вопиющего «номера», потыкала меня локтем, дождалась пока я разлепил один глаз и тихо попросила: «ну ты хоть не храпи так!»
Я невменяемо и счастливо хрюкнул и опять выключился… Потом, конечно было стыдно. Извинялся, краснел, что-то пытался сказать. Но «цербер» смотрела на меня все понимающими глазами и вздыхала.
- «Скорая»?
- «Скорая» - повинно кивал я головой.
- Ну нельзя же так. Ведь вы похоже вообще не спали. Которые сутки уже?
- Третьи, Людмила Петровна…
- А почему так?
- Дык сами видите что творится.
- Ну да, понимаю. А рефератик по сегодняшней теме мне принесите все-таки. Тема важная, мне нужно знать, что вы материал усвоили.
- Разумеется, всенепременно, обязательно, на следующий семинар.
Фу-у-у, пронесло кажется. Сейчас две лекции и снова на Станцию.
...У женщины на стресс прыгнуло давление. Сосуды хрупкие и глубокие. Аккуратно «зацепил» тоненькую жилку на кисти и помаленьку ввожу «коктейль моей бабушки». Все нормально, если бы не четыре (4) кошки, сидящие на столе напротив и внимательнейшим образом изучающие все мои действия. Синхронно поворачивают свои остроухие головенки за моими руками и явно пытаются заглянуть мне в глаза. (Где-то я читал, что животные не выдерживают прямого взгляда!) Ну да. Эти четыре звереныша мне конкретно обозначают, что бабушка - не бездомная! И если обижу – буду иметь дело со всеми четырьмя!
- «Медики-Медики», кто освободился в центре, ответьте «Медику Старшему».
- «Медик 22» на Димитрова.
- Пишем «Медик 22». Гостиница «Центральная», номер 406. Ситуация 66К. Как поняли?
- Понял. 66К в «Центральной»
- Спасибо «22-ой». 17.45
Прохожу с каменным лицом мимо напыженного и с фальшивой улыбкой швейцара. Он меня конечно не помнит. Но я-то помню, как он нас с ребятами не пустил в гостиничный холл, когда мы удирали из-под внезапно разыгравшегося ливня. «Ладно, погоди, змеина, сейчас что-нибудь придумаю»…
- Ах да, милейший! Будьте любезны, захватите в 406 номер реанимационную укладку из машины. Водитель вам покажет, что именно. И поспешите, ситуация критическая!
Скрывая ехидную улыбку, вхожу в лифт. Оно мне там нафиг ничего не нужно, но холуй лампасный урок получит.
Стучусь в указанную дверь, здороваюсь и прохожу в номер. Напротив меня стоит герой наиболее значимых для меня в детстве фильмов. Как живой. «Замерзаю» на пару секунд. Видимо для него подобная реакция обывателей уже стала привычной. Улыбается и своим потрясающим бархатным голосом приглашает пройти дальше.
- Тебя как зовут, доктор? Дмитрий? Отлично, Я – Николай. Слушай, тут такое дело. Мы в вашем городе на гастролях с театром. Через пару часов спектакль, а наш товарищ прихворнул. Как бы его… вылечить быстренько. А?
- Конечно! Что случилось, где больной?
- Больной этот, ...его, в спальне почивают! Без малейшего сознания, …мать!
Захожу в соседнюю комнату. На здоровенной кровати, наискосок, лежит другой мой кинокумир. Пьяный в хлам. То есть не просто «выпимши», а в состоянии анабиоза и окукливания. Встречаюсь взглядом с Николаем. Тот сокрушенно разводит руками. «Не уследили мол…»
- Хронические заболевания есть? Аллергия на медикаменты? Сердце здоровое?
- Ну так вот это его заболевание и есть, чуть проворонили – он уже и готов. Запойный он. Ничего поделать не можем. Ох, подведет всех…
Ладно, есть у нас «волшебная микстура». В две «двадцатки» идет бешеный коктейль из витаминов, стабилизаторов, гепатопротекторов, детоксикантов и прочего. Все в вену струйно, потом капельницу с физраствором, мочегонное, магнезий в вену медленно… Оп-па! Уже и глазики открылись, уже и в туалет захотелось…
«Здрассте-здрассте! Нет, выпить не хочу. Нет, автограф тоже не хочу. И контрамарки мне не пригодятся…»
На всякий случай делаю ему кардиограмму. Все нормально.
- Чаю ему дайте и побольше. Сладкого и с лимоном.
