– Ничего. Сказать честно, я так устала за последнее время и когда ехала в такси к старикам за фотографиями, то просто уснула. Покушение на мужа, это жуткий стресс, никак оклематься не могу.
– Как ты думаешь, что он мог искать в доме или просто попугать решил?
– Я думаю, что он хотел забрать фотографии. Если бы я закрылась на замок, а не на щеколду и поднялась в спальню на второй этаж, то он спокойно вошёл в дом и сделал всё что хотел.
– Вы хоть бы собаку завели, раз замки такие ненадёжные. Та хоть шум бы подняла. Хорошо полиция во время приехала.
Алексис покачал головой, он поражался бурной деятельности этой парочки – муж засунул свой нос во все возможные и невозможные места, пока кто-то не остановил его, ткнув заточкой в бок. Да только раненый боец не может просто покинуть поле боя. И тут эстафету подхватывает жена, вынюхивает, высматривает и снова кто-то хочет урезонить, теперь сумасшедшую жену. Полицейский принял решение и строго произнёс:
– Теперь это мои дела. Сидите и не высовывайте носа, пока вас окончательно не прибили. И при любой подозрительной вещи или личности, звони мне!
Сам понятия не имел, какие шаги он предпримет дальше. Нет тела – нет дела. Он может, конечно, вызвать дочь Докукиса для того, чтобы сделать экспертизу, и может она опознает на фотографиях своего отца. Не выкапывать же его по-новой! Конечно, можно и выкопать, но только на каком основании?!
Алексис попрощался, сел в машину и отправился домой. Стрелки часов на руке показывали половину пятого вечера, и возвращаться в участок не имело смысла. Он не торопясь катил по побережью и размышлял:
«Но зачем и кто за этим стоит? Надо искать кому выгодно. Вдова получила наследство, её можно вычеркнуть. Больше претендентов на делёжку денег не обнаружилось. Тот москвич попытался урвать хоть что-то, но ему быстро указали на дверь, – Алексис хлопнул себя по коленке и резко нажал на тормоза. – Вот я старый дурак, ещё называю себя матёрым полицейским, совсем нюх потерял! Вот где надо искать – если вместо Дракопоулоса похоронен Докукис, тогда правдивость генетической экспертизы равна нулю. А значит для этого Пушкова не всё потеряно. Да только где взять настоящего Дракопоулоса? Да и вдову при таком раскладе сбрасывать со счетов рано, именно она самое заинтересованное лицо. Кому охота лишаться половины наследства. Хотя, даже половина это огромные деньги. Но, как говориться, много денег не бывает».
В кармане, голосом горячо любимого Демиса Руссоса, запела трубка мобильного. Звонил коллега из полиции.
– Алексис привет. Я нашёл банк, в котором Закаридис держал ячейку. Банк работает до семи. Сейчас без двадцати пять. До конца рабочего дня, осталось несколько минут, если взять у прокурора санкцию на изъятие, мы сможем уже сегодня туда попасть. Но если ты занят, сделаем это завтра.
Алексис вскользь подумал, что его часы врут, надо отнести часовщику и тут же выпалил:
– Говори, что за банк, я буду ждать тебя там.
– Прекрасно! Я бегу за ордером, – коллега уже хотел отключиться, но вспомнил. – Чуть не забыл, это Национальный банк Греции.