– Ну, как твой личный врач, – проговорила Шерри, – я думаю… – Замолчав, она потянула вниз молнию его джинсов, нащупывая под ней налившийся член, – думаю, тебе пошла бы на пользу небольшая любовная процедура – просто чтобы вернуть волю к жизни. Как ты полагаешь?
Хови сглотнул и кивнул.
– Разумеется, – продолжала Шерри, опуская голову, – ты будешь у меня в долгу, а я, сразу предупреждаю, всегда взимаю долги.
Хови откинулся назад.
Пожалела она его, или он ей понравился, или она просто накачалась по уши – ему было все равно. Поверить было невозможно, и только хотелось, чтобы это никогда не кончалось.
Две пустые коробки из-под пиццы валялись на земле. Не выпуская из рук стаканы с пивом и передавая друг другу цигарку, все трое смотрели, как над озером Калабоги спускаются сумерки. Хови парил в небе. Он то и дело поглядывал на Шерри, вспоминая, и тут же отводил взгляд. Сумерки наводили на мысли о прошедшей ночи: о погоне за девчонкой Эрла, об олене и прочем, но больше всего – о музыке.
– Тот парень, что здесь живёт… – начал он.
– Стив?
– Да, Стив. Он когда вернётся?
– Не думаю, чтобы он объявился до утра, – предположила Шерри, вопросительно глядя на Лайзу.
Та покачала головой:
– У него сегодня ночью какие-то дела с Максом. Пам говорила, что, может, заглянет попозже с Эриком. У него травка – настоящий динамит. Выторговал у Джонни Мерзавца – знаешь такого? Из растаманов, кучерявые такие…
– Знавал кое-кого в Торонто, – кивнул Хови. – Но я к чему это говорю – вы, девчата, не хотите прокатиться?
Лайза улыбнулась:
– Поискать твоего Великого Оленя?
– Как ты догадалась?
– Я вижу все, я знаю все, – напомнила Лайза. Шерри затянула мелодию «Сумеречной зоны», и все трое рассмеялись.
– Но я серьёзно, – немного погодя снова заговорил Хови. – Не знаю, увидим ли мы оленя – боже, я совсем не уверен, что так уж хочу видеть этого гада, – но вот музыка – это что-то. Честное слово.
Шерри переглянулась с Лайзой.
– Почему бы и нет? – сказала она. Лайза усмехнулась:
– В самом деле, почему бы и нет? Хоть посмеёмся.
Полчаса спустя они уже катили по дороге на Ланарк. Хови напряжённо высматривал поворот. Он здорово улетел, но не сомневался, что сумеет снова отыскать то место. Очередной ухаб отозвался у него в плече, и Хови потянулся к Шерри за самокруткой. Ещё пара затяжек не повредит. Они проскочили поворот и упёрлись в посёлок Ланарк. Только к ночи выбрались обратно, подъезжая теперь с юга, так, чтобы Хови легче было опознать приметы.
– Вот он, – сказал Хови, – поворачиваем здесь. – Он улыбнулся сидевшей рядом Шерри. – Тебе обязательно понравится.
– Жду не дождусь, – с насмешливой серьёзностью отозвалась Лайза, но Шерри просто улыбнулась ему в ответ.
Хови сам не знал, что делает, но был уверен, что делает правильно.
Когда день затянулся вуалью сумерек, Льюис вывел гостей на улицу. Все молчали. Темнеющий воздух наполнился густым ароматом леса и луга. Хор лягушек и стрекот кузнечиков временами прорезывало тяжёлое гудение майского жука.
С наступлением темноты Валенти начал переживать. Он тяжело опирался на палку, снова гадая, не делают ли они глупость. Темнота расшевелила что-то в его душе – предвкушение музыки, да, но также и смутную тревогу. Что откроет им эта ночь?
Он повторил про себя слова Льюиса – тайна отражает то, что ты ей приносишь, – и тревога усилилась. Неизвестно, что отзовётся в нем, но только не покой. Слишком много у него за спиной.
Слишком много скопилось в нем дерьма. Шрамы, оставленные годами жизни в
Тони погладил холодный металл рукояти и выдернул руку из кармана. Может, и зря он захватил пистолет, а все же его присутствие успокаивало.
– Это древний камень, – заговорил вдруг Льюис. – Он стоял здесь задолго до того, как мы поселились в этих местах, – может быть, и задолго до того, как пришли индейцы. Других таких в округе нет. Что он здесь делает, не знал даже Акерли Перкин. Может быть, викинги – историки теперь признают, что они побывали здесь ещё до Колумба, – может быть, они воздвигли его своему Тору или Одину. А может, кельты. Считается, что они тоже добирались сюда в те времена. А может, его установили племена, жившие здесь ещё раньше, даже раньше индейцев. Наверное, мы никогда не узнаем.
– Ещё одна тайна, – сказал Баннон. Льюис добавил:
– Или часть той же самой.
– Индейцы оставили каменные строения, – вставила Али. – Я читала: большие каменные круги и колонны.
– Не так далеко к северу, – возразил Баннон, – к тому же до сих пор не доказано, что их строили индейцы.
И Али, и Валенти воззрились на него с уважением. «В сущности, я ничего о нем не знаю», – подумал Валенти.
– Это верно, – заметил Льюис, – но наш камень не такой. Увидите.
