– Почему нет? Салон означает известность. Я соберу вокруг себя всех столичных ученых и сделаю этот дом настоящим центром светского общества. Профессор же может оставаться в своей лаборатории, если он так хочет. Как его жена, я и сама смогу сделать все необходимое. А впрочем, моя дорогая, – госпожа Джашер отпила чая, – сейчас об этом говорить слишком рано. Раз в целом вы не против моего брака с вашим отчимом, то оставьте все детали мне. Хотя, конечно, я с радостью приму любой совет, как лучше к нему подобраться.
Люси какое-то время молчала, глядя в свою кружку.
– Теперь вы должны будете сообщить профессору, что ваш брат умер и вы разбогатели, – многозначительно сказала она, наконец. – Однако я советовала бы вам надеть траур. Иначе профессор Браддок будет сильно удивлен.
– Да, судя по всему, у него и в самом деле очень чувствительное сердце, – словно между делом заметила Селина. – Меня с братом почти ничего не связывало, а уж профессор-то о нем и не слышал. Однако я последую вашему совету. В конце концов, черный мне к лицу. – Она провела ладонью по чайному столику. – Ну, а что же вы, дорогая?
– Мы с Арчи сыграем свадьбу весной.
– А ваш второй поклонник уже вернулся?
– Сэр Фрэнк Рендом? – переспросила мисс Кендал, покраснев.
– Конечно. Он заходил ко мне вчера, и я не сказала бы, что он убит горем.
Люси кивнула, покраснев еще сильнее:
– Предполагаю, что его утешила другая женщина.
– Конечно. Нынешние молодые люди такие ветреные. У них на уме то одна девушка, то другая. Вы злы на него?
– Нет, ничуть.
– А по-моему, очень даже да, – усмехнувшись, возразила вдова. – Иначе какая же вы женщина! Уж я-то знаю, каково видеть молодого человека, столь легко меняющего свои сердечные пристрастия.
– Кто же она? – быстро спросила Люси, отведя взгляд.
– Донна Инес де Гавангос.
– Испанка?
– Я бы сказала, колониальная испанка из Лимы. Ее отец, дон Педро де Гавангос, случайно встретился с сэром Фрэнком в Генуе.
– И? – нетерпеливо поинтересовалась Люси.
Госпожа Джашер пожала пухлыми плечами:
– Ну, дорогая, неужели вы не можете сложить вместе два и два? Конечно, сэр Фрэнк влюбился в Инес – этого темного ангела.
– Темного! А я светловолосая! Выходит, он вовсе меня и не любил.
– Возможно, сэр Рендом захотел перемен. Он поставил на белое и проиграл, и потому в этот раз решил поставить на черное. Вот что делает с людьми Монте-Карло! Кроме того, эта молодая дама – Инес – богата. А Фрэнк сказал мне, что проиграл очень большую сумму – много больше, чем мог себе позволить. Однако мне показалось, вы не очень-то довольны.
При этом замечании Люси словно пришла в себя.
– Что вы, я рада. Конечно, любой женщине было бы горько видеть, что отвергнутый жених так быстро забыл бы ее. Но, в конце концов, я не могу обвинять сэра Фрэнка за то, что он попытался найти утешение. Если я выйду замуж раньше, он будет танцевать на моей свадьбе, а если он успеет первым, то я станцую у него.
– И вы оба потанцуете на моей, – подытожила госпожа Джашер. – Просто какая-то свадебная эпидемия! Через день или около того донна Инес должна приехать сюда вместе со своим отцом. Как я слышала, они остановятся в военной гостинице.
– Как, в этой жуткой дыре?
– Что вы, это чистое и весьма приличное местечко. Кроме того, сэр Фрэнк едва ли мог бы пригласить их остановиться в форте, а у меня тут нет лишней комнаты, чтобы принять их. Однако я уверена, что донна Инес и Рендом непременно зайдут ко мне, точно так же, как вы с Арчи в свое время.
– Боюсь, две пары в вашей гостиной никак не поместятся, – рассмеялась Люси, вставая и собираясь уходить. – Я очень надеюсь, что все сложится хорошо: вы станете женой господина Хоупа, я буду миссис Браддок, а Рендом возьмет в жены свою Инес. Но я хотела бы знать еще одну вещь…
– Какую же?
– Почему была украдена эта мумия? Кому она нужна, кроме ученых?
– Выходит, убийца и вор – ученый, – подытожила госпожа Джашер. – Надеюсь, когда-нибудь мы узнаем правду. А тем временем будем наслаждаться жизнью.
– Это хороший совет, я постараюсь им воспользоваться, – объявила мисс Кендал и, счастливая, покинула гостеприимный дом своей старшей подруги.
