Ежедневный пророк
— Мистер Локхарт, по просьбам наших читательниц, перед Днём всех Влюбленных, я хотела бы задать вам несколько вопросов, не возражаете?
— Всегда готов помочь!
— Ходят слухи, что вы всё же нашли свою избранницу, это правда?
— Да!
— Кто она?
— Она просто чудо, и наше счастье было предсказано!
— То есть можно ожидать свадьбы в скором времени?
— Необходимо благоприятное положение звёзд!
— Что насчёт вашего обещания беби-бума?
— Я усиленно работаю над этим, день и ночь!
— Вы не боитесь мести девушек, обиженных тем, что выбрали не их?
— Моей Силы Юности хватит на всех!
— Гермиона, а почему у тебя эта статья под рукой? — в лоб спросил Рон. — Ты следишь за судьбой профессора Локхарта?
— Ничего подобного! — слегка покраснела Гермиона. — И ведь сказано, что он уже нашёл себе избранницу!
Тут Гермиона опять подумала, что все вокруг уже нашли себе избранниц, и ей тоже надо бы заняться этим вопросом, раз уж ветреный Локхарт вероломно не стал дожидаться, пока она закончит школу. Не сейчас — ведь она так и не довела до ума мутаген! — но в следующем году обязательно!
15 мая 1994 года, Хогвартс
Гермиона сидела на берегу Озера и бросала туда камушки. Из озера вылетали щупальца кальмара, хватавшего камушки на лету и утаскивающего в воду. В голове Гермионы царила звенящая пустота, с легким оттенком уныния и бессилия. Мутаген не работал, Короста не превращалась, пауки не превращались, и Живоглот с Теодором не превращались, даже в других черепашек, как это было с Коростой.
Всё это означало провал.
— Столько трудов и все зазря, — вздохнула Гермиона.
— Мфряу! — приглушенно возмутился Живоглот, ударяя хозяйку лапой по руке.
— Ну хоть ты…, — повернулась к нему Гермиона, и тут же подпрыгнула, вскидывая на руках кота, держащего в пасти полузадушенную Коросту.
— Мфрррряу! — опять возмутился Живоглот.
— Мы ошиблись! — с этим криком Гермиона ворвалась в спальню мальчиков. — Ошиблись! Смотрите!
Она достала из карманов черепашку, а потом крысу.
— Короста! — закричал Рон.
— Тогда я сварю новую порцию? — спросила Гермиона, обращаясь к Гарри.
— Конечно, — кивнул тот. — Дела надо доводить до конца!
— Я бы-ы-ы-ыстро! — стих вдали крик Грейнджер.
— Если это Короста, то откуда тогда взялась черепашка? — глубокомысленно спросил Невилл, изучая ее панцирь.
— Может эльфы с кухни подбросили? — почесал в затылке Рон, держащий в другой руке Коросту.
Крыса висела без движения, притворяясь мертвой.
— Думаю, надо сказать об этом профессору Люпин-сану, это по его части, — предложил Гарри. — Но на всякий случай лучше не рисковать и провести превращение Коросты в сенсея на опушке Запретного Леса, как и собирались.
— Приступим же! — с энтузиазмом закричал Невилл.
Профессор Люпин выслушал, расспросил обо всех деталях и пообещал, что обязательно займётся этим вопросом. Даже предложил проводить «превращение» чуть подальше от Хогвартса, поближе к Хогсмиду, чтобы никто лишний не увидел.
Поэтому Гарри и остальные, в приподнятом настроении духа, шагали мимо Озера, неся котелок с мутагеном по очереди и оживленно переговариваясь о блестящих будущих перспективах. Короста пищала и пыталась удрать, но Рон держал ее крепко. Доносились шлепки щупалец кальмара по воде, окрашиваемой закатом в багровый цвет.
— Думаю, здесь будет нормально, — сказал Гарри, указывая на полянку.
Деревья скрывали Хогвартс, и в теплом, слегка душном воздухе, доносились отдаленные звуки из Хогсмида. В этот раз Гермиона предусмотрительно сварила мутаген в котелке по размеру Коросты, чтобы та смогла окунуться с головой, но не утонуть.
— Вот так, — сказал Рон, поднося крысу к котелку, стоящему на траве. — Ай!
Короста куснула его, и Рон выронил её, прямо в котелок. Во все стороны полетели брызги зеленой светящейся жидкости. Котелок перевернулся, мутаген вылился на поляну, и Короста, ошалевшая и зеленая, собиралась удрать куда-то вглубь леса, но ученики отрезали ей дорогу, а потом мутаген начал действовать.
С треском лапы превратились в ноги, лапы превратились в руки, тело раздалось, хвост исчез, и вот уже из травы, под восхищенными взглядами учеников, поднялся Сенсей. Даже обликом своим он был похож на крысу, и Гермиона испытала нечто, чему не смогла бы даже подобрать слов. Экстаз, восторг, воспламенение в каждой клеточке тела, и одновременно с этим желание сделать ещё больше, осознание, что теперь, когда в ней пылает Весна Юности, ей воистину всё по плечу!
А затем Сенсей открыл рот и сказал, вполне внятным человеческим голосом.
— Вы хотите, чтобы я учил вас?
