Zеленая тетрадь полностью

Микола закурил и вышел из домика за угол отлить. Напевал что-то веселое себе под нос – настроение было отличное. Несмотря на раннее время, уже светло как днем. Пару минут назад он разбудил отдыхающую смену. Ночное дежурство закончилось и сейчас он завалится спать. Всего через четыре секунды Микола уже лежал на спине и стекленеющим взглядом смотрел в утреннее донбасское небо. На лице застыла маска искреннего удивления вызванного внезапным появлением наших бойцов. Зажжённая сигарета так и осталась тлеть, прилипнув фильтром к нижней губе…

ВСУ оборудовали свой опорник в домике лесника на краю пшеничного поля. Место ими было выбрано идеально. Дом стоял на пригорке. Видно все как на ладони. На чердаке оборудовали наблюдательный пункт, с которого корректировали работу своих минометов. Нарыли вокруг сеть ходов и окопов. Пристреляли все пути подхода к их маленькой крепости. Плюс в доме был обложенный кирпичом подвал, в котором можно было прятаться от обстрелов с нашей стороны. Стоял этот опорник, как кость в горле у наших бойцов. Ни подобраться, ни выкурить противника не получалось. Как всегда на помощь пришло нестандартное решение. На Донбассе темнеет в девять вечера. Темно так, что ворон ворону глаз выклевать может. А светает в четыре. Светло как днем. Поэтому ночью часовые на вражеском опорнике вели наблюдение через тепловизоры. С их помощью засекали любые перемещения с нашей стороны. Но вот одного не учли, что ночью в тепловизор пшеничное поле становится сплошным, белым как молоко фоном. Этим и воспользовались штурмовики. Всю ночь ползли через километровое поле на животе. Медленно, несколько часов. С девяти до четырех. А как рассвело, вышли из пшеничного моря, словно сказочные богатыри в сказке Пушкина:

В чешуе, как жар горя,

Тридцать три богатыря,

Все красавцы молодые,

Великаны удалые,

Все равны, как на подбор,

С ними дядька Черномор.

Только вот оборонявшие опорник ВСУшники, красоту момента оценить не смогли. Вернее не успели. Укрепленный наблюдательный пункт был взят мгновенным штурмом всего за несколько минут.

Широкие колеса «Тигров» оставляли за собой в нетронутом снеге глубокие колеи. Четыре бронированные машины неслись на всех парах по заснеженному белому полю. Фары не включали для маскировки, но в свете луны снежный покров обеспечивал видимость метров на сто. Наконец, ведущая машина нащупала твердь дороги и коротко взревев движком выкатилась на асфальт. Остальные последовали ее примеру. Теперь колонна катилась более организованно. Задача была максимально оперативно проскочить около 15 километров и выйти к мосту. Территория была вражеская и действовать необходимо дерзко и быстро. Весь расчет на внезапность. Пулеметчики в верхних люках машин внимательно сканировали свои сектора. Десант внутри застыл в ожидании высадки и атаки на вражеские позиции…

Денис Ларин был заядлым рыбаком. Не упускал возможности порыбачить в любую свободную минутку. На гражданке даже удочки с собой возил в багажнике машины. По дороге домой с работы свернет к речушке или прудику. Поймает парочку серебристых рыбешек и домой. А дома… Весь балкон снастями и удочками заставлен. Жена каждый год со скандалами просила его разобрать по весне балкон. Он упирался, пыхтел. Потом собирал скопом все свое богатство и утаскивал в гараж. После чего начинался обратный исход снастей из гаража. К следующей весне балкон вновь был забит и история повторялась с завидной цикличностью. К рыбалке Дениса пристрастил дед. Такой же был увлеченный.

Так, что даже когда Дениса мобилизовали, нашел способ обзавестись рыбацким скарбом и здесь на фронте. И теперь, время от времени, радовал однополчан, разбавляя их рацион из тушенки свежей рыбой.