Скоро Новый год. И месяц до того, как мне сообщат новости. Что все там очень плохо. Но мне будет уже абсолютно все равно. Папы нет. Той жизни тоже нет. Ничего нет… И Грин не в Москве. Пустота. «Майбах» друга Сашки плавно тормозит у подъезда. Водитель Андрюша молча заносит в дом небольшой чемодан.
— Доброй ночи, Елена. С возвращением!
— Доброй, Андрюш.
Дверь закрывается. Опираюсь на нее спиной, оседаю по зеркальной поверхности. Касаюсь пола ладонями… потом щекой. Кот трется носом о мой собственный нос. Обнимаю его. Сворачиваюсь клубочком на гладком мраморе и, не снимая шубы, засыпаю. Хочется забыть все. Одну лоботомию, пожалуйста. Побыстрее и не взбалтывать.
Однажды ты настолько устанешь выбирать все и всех, кого угодно, кроме себя, что проснешься и обнаружишь: тысяча первых мест в твоем мире отданы тебе одной. Или не проснешься вообще. Мне снова повезло. Позвонил близкий друг Макс.
— Пойдем гулять?
— А потом какао?
— А потом какао.
— Пойдем.
В парке уже пахнет зимой, но снега нет, ноябрь в этом году неправильный.
— Как ты думаешь, люди меняются? — спрашиваю я Макса.
Макс молчит. Он очень умный и очень меня любит — по-человечески. Сколько колдобин на пути к себе я преодолела, опираясь на его руку, по каким бездорожьям вела меня его вера, когда все вокруг уже отказались. И вот, фарватер найден, курс устойчив. Но погодные условия в океане жизни непредсказуемы, и мы двигаемся с поправкой на ветер.
— Да. Думаю, что да. Но для этого их должно очень сильно тряхнуть. Ну как тебя. Ты же поменялась.
Идем. Держу его под руку. Опора, которая всегда меня заземляет. Думаем каждый о своем. Он прерывает молчание.
— Дорогая, если ты счастлива, по сути, какая разница, изменился ли кто-то там вне? Но если нет — какая разница, как сильно другой это сделал?
Коан, неразрешимый логический парадокс.
Ты здесь всегда один, и значение имеют только твои эмоции. Но не ценой свободы других людей.
Галочка по-прежнему одна.
— Сколько я буду вам должна?
Я настолько не привыкла получать что-либо бесплатно, что сама мысль о том, что этот мрачный молодой мужик в черном с непроницаемым лицом вдруг не возьмет с меня денег за помощь в решении разных вопросов с бывшим мужем, даже не возникла.
— Ничего. Мы не берем за это денег. Я дам адвокатов, они все сделают.
— Я так не могу. Ну хоть как-то я должна вас отблагодарить!
— Спасибо будет достаточно, — улыбается.
Замолкаю в раздумьях. Ненадолго.
— Ну хотите, я за вас замуж выйду?
— Что вы завтра делаете?
— Вот так сразу? Завтра?
— Подъехать сможете? Приедет адвокат. Я вас познакомлю.
Мы тогда еще шутили и улыбались.
Смогу. Завтра, послезавтра.
— К вам кто-нибудь хоть раз приезжал просто так? Чтобы ничего не просить, а просто — кофе, апельсины, шоколад?
— Пожалуй, нет.
— Я буду первой, не возражаете?
Не возражал. Но все сразу пошло не туда. И все сразу подумали не то. Злые языки хуже пистолета. И начался ад длиною почти в год. Но даже в аду бывают выходные. Будет Питер, будут редкие ночи, часы, минуты, когда каждому покажется, что на самом-то деле нет ничего прекраснее жизни, в которой есть тот, кто понимает и принимает тебя таким, какой ты есть. Но мало ли, кому там что кажется. Перекрестились и дальше пошли.
Воскресенье без планов. Пятничный сон все еще не забылся, но уже не так остро воспринимается. Пью кофе и позволяю себе вспоминать дальше.
Месяц назад, осенью 2022-го, я вернулась с Мальдив. Еще за две недели до них была в Сочи. Ездила на машине. Бронетехника, танки, маркированные ZVO и камуфляжные «буханки» волонтеров не вызывали ничего, кроме легкого раздражения: вопрос, как попасть к другу в Португалию, волновал меня тогда больше всего, и эти буквы стояли между мной и привычным комфортом. А то, что по М4 едут парни в кузове «Уралов», чтобы где-то там получить осколок в висок или пулю в легкое, меня как-то не беспокоило. Это понимание еще не пришло. Войны в моем мире еще не было.
Помню, был обычный день. Завтра нужно проводить маму, и мы устроили прощальный ужин. Где-то между первым и вторым меня абсолютно внезапно накрыло. И мама подлила масла в огонь:
— Как там твой друг? На войну не уехал?
Пальцы сами набрали СМС: «Привет, ну что, ты еще не на полях Незалежной?»
Ответ Аида пришел быстрее ожидаемого: «Уезжаю в понедельник в Красный Лиман».
А еще в его семье случилась потеря. Как раз в этот день.
Совпадения, совпадения. Они преследовали нас все эти годы. Такое бывает. Ничего личного, просто в небесной канцелярии иных свободных дат не оказалось.
— Я могу приехать попрощаться?
— Да, и даже обязательно. Я должен тебе кое-что отдать.
Все, что случилось после, спланировано не было.
— Знакомься, это Паша. Паша, это Лена, моя девушка.
