Я разочарованно выпрямляюсь и встаю. Поворачиваюсь и исследую противоположную стену. Там такие же полки. Они тоже пусты. На третьей стене напротив лестницы полок нет. Волосы мне слегка ерошит холодный ветерок. Откуда он дует? Оттуда? Я неподвижно стою и решаю, что мне делать дальше, как снова раздается слабый звук капающей воды. Глажу стену перед собой. Похоже, она металлическая. Я стучу по ней. БАМ! БАМ! БАМ! — отзывается эхо так громко, что я вздрагиваю.
— Что это? — испуганно шепчет сверху голос Дины.
— Ничего, — тоже шепотом отвечаю я. — Здесь ничего нет.
Едва я подхожу к лестнице, как задеваю ногой что-то мягкое, покрытое шерстью. Я застываю на месте. Нечто мягкое снова касается моей ноги. Я громко вскрикиваю и буквально запрыгиваю на лестницу. Молниеносно вскарабкиваюсь, распахиваю крышку и стукаюсь головой о стол. Слышу, как падают стулья и крышка погреба с грохотом захлопывается за спиной.
— Что там? Что случилось? — с тревогой спрашивает Дина.
— Там, внизу, крысы, — задыхаясь, отвечаю я.
— Фу, черт, везде эта мерзость, — говорит Дэвид.
— Ты опрокинула одну из сестер, — говорит Габриэль.
— Уходим отсюда, — говорю я и бросаюсь прочь из кухни; ребята выбегают за мной и захлопывают дверь.
В эту ночь мне трудно заснуть. Я лежу в постели с открытыми глазами. Остальные глубоко спят. Дэвид во сне разговаривает. Несколько слов он произносит громко, а потом бормочет что-то несвязное. Но я его едва слышу. Меня переполняют впечатления от вылазки в погреб. Я кручусь и ворочаюсь. Действительно ли это были крысы? Сейчас я уже не так в этом уверена. Может, я все себе нафантазировала? Наконец я решаю, что это вероятнее всего, и засыпаю…
Во сне я стою на центральной площади Уткограда. Мимо проходит Александр Лукас, кузен и вечный соперник Дональда Дака. Я его приветствую, а он спрашивает, не хочу ли я за компанию слетать с ним во времена викингов. Он собрался туда с Дональдом Даком и племянниками.
— Мы отправимся туда каждый на своей машине времени, — объясняет Александр.
— Вы что, опять устраиваете какое-то соревнование? — спрашиваю я. Александр Лукас мне подмигивает.
— Мы будем искать клад. Если ты не сумасшедшая, то поедешь со мной.
Я замолкаю и оглядываюсь. Тут он достает из кармана какую-то бумагу.
— У меня есть карта, — шепчет он. — Я уже выиграл соревнование.
Я смотрю на карту и мгновенно ее запоминаю. Затем объясняю, что поеду с Дональдом Даком, потому что он всегда нравился мне больше. Едва наша машина времени поднимается в воздух, на площадь выбегает Джайро Герлус. У него что-то в руке.
— В машине Дональда не хватает одной детали!
Но уже слишком поздно.
— Вы улетите не туда! — кричит Джайро и размахивает большим болтом.
Дональд Дак обеспокоенно смотрит на меня.
— Скорее всего, мы попадем в будущее, — говорю я. — Но не переживай. Мы там не заблудимся.
Едва мы приземляемся, мимо нашей машины галопом проносится табун лошадей. Я удивлена, поскольку ожидала совсем не этого.
— Где мы? — спрашивает Дональд Дак.
— Не знаю, — отвечаю я. — Видимо, мы попали во времена лошадей.
Произнеся эти слова, я слышу лошадиное ржание и понимаю, что снова лежу в постели. Рядом бормочет Дэвид. Снова раздается ржание и стук копыт. Я сажусь в постели. Теперь ржание слышится еще отчетливее, словно лошади во дворе.
Я хватаю Дину за руку и трясу ее.
— Проснись! Тут табун лошадей!
Пока Дина приходит в себя, лошади исчезают. Мы долго сидим, но больше ничего не слышим. Дина вопросительно на меня смотрит. Я откидываюсь на подушку и засыпаю.
Утром мы ищем следы копыт. Во дворе ничего нет, хотя я почти уверена, что лошади проскакали недалеко от дома. Мы находим следы за живой изгородью. Правда, не так много. Похоже, здесь побывало пять-шесть лошадей.
— Дикие лошади! Круто! — восклицает Дэвид.
— Вот бы их поймать, — говорит Габриэль.
— Может, это лошади близнецов? — предполагаю я. И вдруг я вспоминаю, с каким грохотом выскочила вчера из погреба. Я же опрокинула одну из сестер.
— Нужно прибраться на кухне, — говорю я. Интересно, девочка по-прежнему лежит на полу или снова сидит за столом? Войдя на кухню, я вижу, что ничего не изменилось. Собака с кошкой лежат на половике, сбоку от стола валяется опрокинутый стул, на котором сидела одна из сестер.
Но когда я вижу ее, меня охватывает ужас — у девочки оторвалась рука в локте, вторую половину руки по-прежнему сжимает мама. Ужасное зрелище! Я зажимаю ладонью рот. Черные дыры глаз смотрят на меня с укором. Я поспешно отворачиваюсь. Дина обнимает меня за плечи и начинает плакать. Одновременно вскрикивает Дэвид:
— Фу, черт! Вот дерьмо!
Дэвид и Габриэль медленно подходят к упавшей сестре-близнецу.
— Не смотрите ей в глаза, — шепчу я и сама смотрю в пол в сторону от нее.
— А где же кровь?
Ребята осматривают пол.
— Наверное, она полностью мумифицировалась, — через некоторое время говорит Дина. — Как те фараоны в пирамидах. Им тысячи лет, а они выглядят почти как живые.
Я киваю — возможно, так и есть. Но у меня появляется своя теория:
— Такое впечатление, что их кто-то создал искусственно.