Слегка раздражают своей дешевой скрупулезностью как внеплановые, так особенно ежегодно-календарные инвентаризации. Отдельные единицы хранения вызывают недоумение.
Наименованием и забытым назначением. После проверки целостности упаковки складируются на прежнем месте в легкой задумчивости. Надо честно признаться: в дефектной ведомости прибавляются новые строки.
Чувство собственности обостренное.
Имущественные отношения сложные. Глубоко не поверхностные. Явно не прозрачные. Бухгалтерия в одном экземпляре на листе Мебиуса.
Что особенно дорого, истинные ценности ведь за здорово живешь не разбазарить. Так что кое-что на черный день есть.
<p>Наталья Татаринцева</p><p>Мысли и чувства</p>Круг завершается, время выходит,Вот серпантином минуты повисли.Замерли в грустном ночном хороводеСтарые чувства и старые мысли —Те, что теряют стремительно важностьС каждым движением вычурных стрелок.Их скоро выкинут вместе с бумажнымВорохом всех новогодних поделок.Полночь. Двенадцать. Бокалы запели.Вспышки салюта нарядно-багровы,И потекли телефонные трели.Год уже умер? Да здравствует новый!Утро крадется, бросается светомИ на растрепанных улицах пусто.Брошены в мусор, лежат незаметноСтарые мысли и старые чувства.Может быть, кто-то возьмет осторожнопризрак, где спрятаны судьбы и лица,И сохранить его бережно сможет,Спрятав в старинных пожухлых страницах.<p>Смертные</p>Мы смотрим, как звездыВ ночи завершают свой круг.Мы смертны не просто.Мы смертны внезапно и вдруг.Мы знаем размерБесконечно далеких планет.Иллюзии верПроверяем на опыте лет.Мы знаем числоСумасшедших, влюбленных, больных.Добро или зло,Параллели своих и чужих,Мы знаем их всех.Мы цари, мы — закон, эталон.Мы святость и грехПоделили с начала времен.Расписаны жизниНа много мгновений вперед.И все бы как надо,И все бы по плану, но вот…Внезапно. ВнезапноУслышим шаги за спиной.И Смерть тихо скажет«Ну что, наигрался, родной?»<p>«Полночь рассыпала бисером мелким сны…»</p>Кто-то хитрый и большой
Наблюдает за тобой
В. ШахринПолночь рассыпала бисером мелким сны,Флаг городской — словно крылья летучей мыши.Чуть задевая заточенный край луны,Кто-то большой тихо бродит — кого-то ищет.Мягко колышет шагами ночную тьму,Щурит глаза на призывы фонарных точек.Кот антрацитовый путь перейдет ему.Спросит: «Ты кто?»Только он отвечать не хочет.Кто-то большой наклоняется ниже иПриподнимает тихонько за угол крышу.Молча читает чужие, чудные сны,Дальше идет переулками, снова ищет.Ну, а когда к горизонту придет луна,И заструится мерцающий флёр восхода,Кто-то большой превратится в обрывок сна.Ночью вернется, чтоб снова искать кого-то.<p>Владислав Кудба</p>
