— Ну? — сказал он, обводя всех вызывающим взглядом. — Отбери, кто храбрый! Выходи один на один! Мне всё равно кто. Вон хоть тот — долговязый…
Он указал рукой на Петра и прибавил с подчеркнутой важностью:
— Посмотрим, кто из нас действительно храбр и кто рассказывает о себе небылицы!
Такой неожиданный поворот в событиях очень не понравился Мухину. Ведь всё шло так хорошо, тихо и мирно. Можно было уже идти домой — и вдруг… «Ну зачем он так?» — думал Мухин и всё больше приходил в отчаяние. Наконец «адъютант» решил вмешаться.
— Сеня, — шепнул он тревожно и дернул приятеля за рукав, — Сеня…
Но Семен ничего не хотел слушать. Он воинственно взмахнул палкой и крикнул:
— Я жду!
Петр в ответ на вызов Семена даже бровью не шевельнул:
— Не стоит, — сказал он, — я драться не привык. Впрочем… — Петр добродушно улыбнулся: — Я могу, конечно, если командир разрешит…
— Позволь, Павлуша, я разберусь в этом деле, — сказал Коля, выходя вперед.
— Одну минуту, — удержал его Миша Чогур. — Бесстрашный капитан обиделся на мое замечание, — значит, я…
Не договорив, он стал снимать с плеча висевший на ремне фотоаппарат. Но Семен нетерпеливо крикнул:
— Пускай уж сам командир…
Семен рассудил так: Павел на полголовы ниже его, — это имеет значение. Да уж если посрамить в поединке, так лучше самого командира. Семен не знал, сколько времени этот, невысокого роста, коренастый мальчик уделяет спортивным тренировкам.
— Ну к чему всё это? — сказал Павел недовольным тоном. — Поставь на место корзину и отправляйся домой. Потом, в школе, поговорим на совместном сборе.
— Ага, струсил! — крикнул Семен, не скрывая своего торжества. — Вот так командир! С таким командиром далеко не уйдешь!
Замечание Семена задело Павла, он стал неторопливо расстегивать курточку.
— Ну, дело дрянь, — пробасил Петр. — Слушай, бесстрашный капитан, лучше сдавайся без боя.
Миша Чогур предусмотрительно отвел девочек в сторону.
— Во избежание неприятностей… — пояснил он. — И ты, адъютант, тоже отойди, — посоветовал он Мухину. — Ведь неизвестно, — куда полетит твой приятель.
Мухин молча отошел в сторону.
Павел сбросил куртку и встал перед своим противником.
— Предлагаю в последний раз, — сказал он решительно, — верни корзину.
Семен посмотрел на него. Ничего парень! Под курткой-то не видно было, какие у него плечи и грудь. А сейчас, в голубой майке, с обнаженными сильными руками, командир выглядел совсем иначе.
— Ну, как? — спросил Павел. — Ты надумал?
На какую-то долю секунды Семену показалось, что всё затеянное им очень глупо. Но отступить сейчас, значит сдаться, признать себя побежденным. Может быть, услышать новые насмешки. Мотнув головой, он приготовился к нападению.
— Он же с палкой! Это несправедливо! Что вы смотрите, ребята! — закричали в негодовании девочки.
Но Семен уже бросился в атаку.
Павел стремительно отскочил назад, сделал ложное движение в сторону, приседая, будто готовясь к прыжку, потом мгновенно выпрямился, и сразу Семен почувствовал, как от удара по его правой руке разжались пальцы. Палка выскользнула и взвилась в воздух, описав дугу. И кто-то с непонятной быстротой и силой оторвал его самого от земли и бросил в сторону.
— Ну вот и всё, — сказал Петр. Он поднял соломенную панаму и надел ее на палку, которую держал Миша Чогур.
Семен сидел на траве, в ногах у своего друга, и растерянно озирался по сторонам. Он увидел, что корзина Аринки снова стоит у ее ног, а Женя режет ножницами марлевый бинт, напевая: «Где ты, удаль молодецкая?».
Миша Чогур подошел к Семену и положил рядом с ним палку и панаму.
— Не хотите ли кружечку воды?
— Давай, — сказал Семен, облизывая сухие губы.
— Эй, медсестра! — крикнул Чогур. — Стакан воды больному!
— Ну, вот еще, — откликнулась Женя, — пусть сам берет.
— Там в лесу ручеек, — сказал Миша Мухину, — а вот кружка. Напои своего приятеля. Наш отрядный врач любит скромных больных. Твой задиристый друг ей не понравился.
Мухин покорно взял кружку и поплелся к ручейку.
Женя осмотрела ногу Аринки и не нашла ничего серьезного: несколько легких ссадин. Промыв ключевой водой, она смазала ногу йодом и, на всякий случай, забинтовала. Решили подождать Ольгу Алексеевну, — что скажет она? Идти сейчас с больной ногой всё равно нельзя.
Аринка охотно согласилась. Ей приятно было посидеть в этой веселой, дружной компании. Ребята окружили ее, расспрашивали о железнодорожной школе, о подругах и пионерских делах.
На Семена и Мухина никто не обращал внимания. Они собрали свои вещи, для удобства увязали ведерко с грибами в мешок и, решив уходить, совещались, вспоминая советы Аринки, как лучше пройти к берегам Большой Чернявки.
Мухин, боясь снова заблудиться, робко предложил узнать у разведчиков точное направление, но «капитан» наотрез отказался.
Вся история их появления в походном лагере, смешное положение, в которое они попали, поражение в поединке вызвали в Семене невеселые мысли. Он сидел мрачный и злой.
