— Это гадюка! — сказал Чогур, наблюдая, как корчится, извиваясь, чешуйчатое тело змеи, облепленное тысячами муравьев.
— Гадюка? — спросил побледневший Мухин и выронил ягоды.
— Ну слушай, адъютант, тебе же объясняли. Какой ты рассеянный и ненаблюдательный! Подойди сюда поближе…
Миша поддел палкой змею и протянул Мухину. Но Мухин не слушал объяснений. Он торопливо оглядывал свои руки и ноги.
— Она не ужалила меня? Как ты думаешь, а? Не ужалила?
— Ты бы это почувствовал, — сказал Миша. — В лесу, милый мой, надо быть осторожным! Укус гадюки очень опасен…
Теперь Мухину казалось, что он ужален во всех местах. На животе и в самом деле что-то жгло. Он поднял рубашку, взглянул и обмер: около пупка, вздув бугорком кожу и впиваясь в нее, лезло внутрь что-то с коротким хвостиком.
— Помогите! — заорал Мухин. — Во мне сидит змея! Спасите!
Встревоженный его криком, Чогур пытался узнать, в чем дело, но не мог. Мухин носился вокруг куста, выставив живот и держа обеими руками поднятую вверх рубашку.
На крик сбежался весь отряд.
Ольга Алексеевна живо поймала Мухина и, крепко взяв его за руку, взглянула на живот:
— Спокойно, Юра, спокойно. Без паники… Это клещ, сейчас мы его вытащим!
— Скорей! — умолял Мухин. — Он влезет мне в кишки!
— Никуда он не влезет, — успокаивала Ольга Алексеевна. — Ты лежал на траве, да? Тут рядом болото. Это и с нами частенько случается. Сейчас Женя произведет операцию.
— Будет резать? Это очень больно?.. — простонал Мухин.
— Да перестань ты, Юра, в самом деле! — рассердилась Ольга Алексеевна. — Ну как тебе не стыдно! Хоть бы девочек постеснялся!
Женя уже держала наготове пинцет, обтирая его смоченной в спирте ваткой.
— Ну, укушенный, не вертись! — сказала она и захватила двумя пальцами левой руки бугорок, из которого торчала наружу половина клеща.
Мухин дернулся, как от ожога.
— Так, — сказала Женя. — Обыкновенный болотный клещ на простокваше.
— Что, что? — спросила удивленная Ольга Алексеевна. — На какой простокваше?
Ребята не удержались и прыснули. Операция, сделанная умелыми руками, была быстро закончена: клещ без остатка вытащен. Женя, помазав йодом живот, хлопнула по нему рукой и сказала:
— Можете одеваться, больной!
Счастливый Мухин, поблагодарив Женю, побежал вместе со всеми пить чай.
— И откуда только берутся такие кровожадные твари? — говорил он Чогуру.
Немного спустя подошел к костру и Семен. Он опять блуждал по лесу в тайной надежде найти хоть один дуб.
Мухин сразу принялся рассказывать другу про свои приключения, но Семен его не слушал.
— А я видел сову! — сказал он. — Торчала из дупла, сонная.
— Неясыть? — спросила Женя.
— Чего, чего? — переспросил Семен.
Но Женя уже расспрашивала Ольгу Алексеевну: верно ли, что сова-неясыть легко приручается? Получив утвердительный ответ, Женя вздохнула:
— Эх, если бы мне поймать такую сову!
Семен как-то странно посмотрел на нее, но ничего не сказал, а после, перед самым сбором в дорогу, отозвал в сторонку Мишу Чогура и стал расспрашивать, что за птица сова-неясыть, где обитает, какие у нее повадки. Все ответы «бесстрашный капитан» торопливо записывал в свой «дневник увлекательных дел». Не упустил и такие детали, как «весьма скудная подстилка в дупле — гнилушка, шерсть, перья и т. п.», и то, что «птенцов родители кормят чуть ли не до конца июля». Записывая всё это, он озабоченно поглядывал на Чогура и очень боялся, что тот спросит: «Зачем это тебе?».
Но Миша не спросил. «Профессор» Чогур всегда охотно делился своими знаниями, еще охотнее приобретал их. Он был любознателен, но не любопытен.
Пройдя около четырех километров на юг, вдоль восточной окраины острова, обе группы разведчиков встретились и повернули к центру бора. Вновь, отделенные одна от другой живописными перелесками, пошли цветистые поляны, словно альпийские луга, раскинутые в предгорьях.
Путь лежал через холмы, иногда довольно крутые и высокие. Только пройдет отряд какую-нибудь рощицу, взберется на холм, а роща уже под ногами, в глубокой впадине, — кажется, можно рукой дотянуться до верхушек стройного мачтового леса.
Тяжело и грузно взлетают лесные птицы. Зайцы появляются на полянах. Присядет зайчишка, — уши торчком; не успеешь сказать и слова, как он уже прыг — и исчез, словно утонул в высокой траве. Красноголовые дятлы стучат по гулким сосновым стволам.
— Хорошо работают, молодцы! Слышишь? — говорил Мухину идущий позади него Чогур. — Это они жуков-короедов выколачивают. Хочешь посмотреть на жуков?
Миша прибавил шагу и на ходу передал Мухину коробочку:
— Те, которые в бумажке, губят еловые леса. Самый мощный враг короедов, — добавил Чогур, — это верблюдка. Она тоже есть в коробочке.
— Это которая с крупными крыльями, а сама малюсенькая? — отозвался Мухин.
— Вот-вот!
У большой поляны Ольга Алексеевна остановила свою группу.
— Надо подождать наших, — сказала она. — У них дорога была труднее, подъем. Ау!
И сразу же из-за деревьев откликнулся Вася:
— Мы здесь!
— Нашли что-нибудь?
— Нет, а вы?
— Мы вас поджидаем!
