- Я слышал...
- Слышали?! - пробормотал Юлиус.
Федерстон кивнул.
- Когда такой человек, как вы, Савини, - сказал он, - начинает наводить справки о пароходных компаниях и узнавать про немецкие пароходы из Виго в Рио, это значит, что ему угрожает серьезная опасность быть уволенным, и что он подумывает о перемене места.
Юлиус на шаг отступил от комиссара.
- Со своей стороны, я могу вам сказать только одно: если бы Абель Беллами был даже и самым чертом - мое дело охранять его от воров. И я предупреждаю вас, Савини! Вы будете тщательно обысканы, если попробуете покинуть Лондон - будь то при помощи прозаической железной дороги или более романтичным путем - на аэроплане.
Секретарь чуть не упал в обморок. Счастливо же он отделался!
- Не знаю, как вам приходят в голову такие мысли, комиссар! - обиженно произнес он. - Я стараюсь встать на честный путь, а вы, полиция, не даете человеку возможности исправиться.
Джим рассмеялся.
- К чему этот мученический тон? А теперь, Юлиус, вы поможете мне... Я ищу кое-что здесь, в саду!
- Что же именно?
Любопытство Савини взяло верх над его страхом.
- На днях я воткнул здесь в землю несколько палок. Это было вот тут!.. Я нашел их все, кроме одной. Это было в ту самую ночь, когда собаки гнались за Зеленым Стрелком.
- По-моему, где-то здесь я сломал палку.
- Где же это случилось?
Поиски оказались недолгими. Через несколько минут Джим увидел блестящий металлический кончик. Он вытащил его из земли.
- Что это такое? - спросил Юлиус.
- Градусник. Он показывает сорок градусов - я могу вам сказать это заранее!
Он стер с градусника мокрую землю и посмотрел. Его лицо выразило удивление.
- Восемьдесят градусов! - вырвалось у него.
Сомнений быть не могло. Красная линия доходила до уровня восьмидесяти.
- Восемьдесят градусов! - повторил Джим. Он подумал с минутку, потом сказал:
- Почва здесь вдвое горячее, чем в остальной части парка, Савини. - Это объясняет, мне кажется, завышенный газовый счет!
- Но что все это значит? - спросил Юлиус. - При чем тут газовый счет? Не думаете же вы, что Беллами отапливает почву?
- Именно это я и думаю.
Федерстон снова посмотрел на градусник.
Он показывал теперь пятьдесят пять градусов, но, очевидно, был момент, когда температура поднималась и до восьмидесяти.
- Я не понимаю, что все это значит, Федерстон! - сердито сказал секретарь. - Что мне сказать старику, когда он вернется?
- Ничего. Молчите и все.
Однако Юлиус на этот раз был избавлен от необходимости лгать. Едва Федерстон успел повернуться, чтобы уйти, как в ворота въехал автомобиль Беллами. Старик выскочил с него.
- Получили новый приказ? - резко спросил он. - Рад вас видеть, комиссар Федерстон. Что мне нравится в Англии, так это то, что люди приходят в гости без приглашения.
Джим передал ему длинную стальную палку, и Беллами нахмурился.
- Незадолго до того, как я оставил службу у вас, мистер Беллами, я позволил себе вставить в землю в вашем парке несколько таких же инструментов. Встроенный в них градусник во всех случаях показал температуру почвы в сорок градусов. А этот термометр показывает на своей шкале все восемьдесят.
Беллами стоял неподвижно. Лицо его было спокойно.
- Может быть, вы напали на вулкан? - спросил он. - Или на теплый источник? Не собираетесь же вы засадить меня в тюрьму из-за того, что почва в парке горячая?
- Я только обращаю внимание на то, что это странно.
Беллами хрипло расхохотался.
- Мне неприятно разочаровывать вас, Федерстон, но если вы справитесь у привратника, то узнаете, что как настоящий американец я провел горячую воду в привратницкую. Вы попали на горячую трубу - вот и все. Но все-таки мне бы хотелось знать, что вы думаете о своем открытии.
- Я, конечно, не ожидал, что здесь горячая труба! - ответил Джим.
Объяснение старика было вполне логично.
Федерстон почувствовал, что и на этот раз победа была на стороне Беллами. Привратник подтвердил слова миллионера.
Глава 34. СЕРАЯ ЖЕНЩИНА
В тот вечер, в восемь часов, горничная вкатила в кабинет хозяина столик на колесах. На нем был накрыт обильный ужин. Поставив столик позади письменного стола и подвинув к нему стул, горничная робко сказала: "Кушать подано, сэр!" и поспешно удалилась.
Беллами, который, казалось, даже не заметил прислугу, вздрогнул при звуке ее голоса и пробурчал что-то про себя. Оставшись один, он медленно поднялся, подошел к двери и запер ее. Потом, не садясь к столу, принялся раскладывать еду по тарелкам. Покончив с этим, старик отодвинул письменный стол в сторону, тщательно скатал ковер, затем вынул из одного из ящиков стола маленькую чашечку с разреженным воздухом, над назначением которой не раз задумывался Юлиус. Он приложил ее к одному из квадратиков паркета, и тот приподнялся. Показалась крохотная замочная скважина. Беллами вставил в нее ключ и нажал ногой камень. Закрепленный на стальной оси, он наполовину повернулся. Показались каменные ступеньки. Беллами снова прошел к столу, взял с него тарелку и спустился с ней вниз по лестнице.
