Я нахмурилась. А ведь я никогда не видела, чтоб декан сам что-то готовил. Ни разу! Хотя вел практические занятия у всех курсов. Чего проще, делай зелье на кафедре, а за тобой студенты повторят все этапы. Готовые приносил, да, учил раскладывать на составляющие, но это любой алхимик может. Декан выгорел или утратил магию? Чем дальше, тем страшнее. Может, он и папе был не такой друг, как утверждает?
Тут я подскочила и нервно заходила по комнате. Портфель же! Совсем забыла! Все из головы вылетело! Завтра… нет, сегодня же! Поедем в банк, и я узнаю, что в него положил мой отец.
– Мури?
– А?
– Вы так задумались, что отозвались только на третий раз.
– Так, семейные проблемы.
– Да, они всегда мешают наслаждаться жизнью, – кивнула мури Элейн. – Идем смотреть претендентов? Или вы передумали? Могу предложить обед, сегодня у нас крабы на пару́! – Элейн насмешливо шевельнула бровью.
– Нет, нет!
Ненавижу всех этих ползучих гадов! Мы на третьем курсе покупали крабов, моллюсков и камбалу на Рыбном рынке, у пристани и у рыбаков, а потом исследовали. Там столько свинца и мышьяка, что ими крыс можно травить! То, что доставляется в столицу, есть нельзя. Вот поеду в Юверну, на побережье, там можно кушать дары моря безбоязненно. Хотя я их не люблю и не понимаю, что в них хорошего. Курица вкуснее и питательнее.
– Я не передумала! Ведите! – выпрямилась и задрала подбородок.
Вслед за помощницей прошла широкий коридор, застеленный голубой ковровой дорожкой. Мы оказались в тупике за темным стеклом.
– Снаружи зеркало, нас не видно, мужчины тоже друг друга не видят, –объяснила Элейн. – Боксы под номерами, скажете, кто приглянулся.
Крохотные кабинки, куда вмещалось только кресло и столик, имели спереди и сверху стеклянную стенку.
– Вы же не уйдете? – у меня сердце, по ощущениям, в горло прыгнуло.
– Не бойтесь, мури. Никто вам не причинит вреда, – Элейн похлопала меня по руке.
– А сколько… желающих? – у меня во рту вдруг пересохло.
– Много, мури! Больше двадцати! Девственница, да еще магичка, одно это уже заставило мужчин поднять свой зад. Кое-кто примчался из Десадана, стоило о вас узнать. А вы ведь еще и прехорошенькая! Говорят, близость с девственной магичкой раскрывает потенциал не только девушки, но и мужчины! – прошептала Элейн и подмигнула.
– Так это маги собрались? – меня затрясло.
– А как же, маги есть. Но я не скажу, кто. Не имею права. Я вас предупрежу, если мужчина имеет привычки, не подходящие для первого раза. Плеточки, веревочки, другой вход, – добавила Элейн, видя, как глупо я хлопаю глазами.
– Другой?
– У наслаждения много граней, – туманно ответила Элейн. – Вот, заходят первые!
– Кроме смотрин, зачем эти боксы? Наверное, такое огромное стекло очень дорого стоит?
– Иногда требуемые покои не успевают прибрать, не ждать же гостю в общей гостиной. Тут его никто не увидит. Для тайных переговоров используют. Иногда для аукционов, иногда в темный зал ставят кресла, а в освещенных боксах танцуют девушки. Очень красиво! Но вы не смотрите!
– Мне стыдно! – я не могла себя заставить рассматривать мужчин, пришедших предложить себя. Зачем я сюда приехала? Я не смогу!
– Глупости! Вас все равно не видно! Если задерживаете их в боксе, значит, подаете напрасную надежду.
Я подняла голову с желанием отправить всех обратно, но замерла. Действительно, очень красиво! Мужчины стояли и сидели в боксах. Разные! Один молодой парень стоял, прижав ладони к стеклу и пытался высмотреть что-то за стеклом. Так похож на Кристофера!
– Ланце? – удивилась я.
– Никаких имен! – тут же отозвалась Элейн, но посмотрела на меня очень внимательно, совсем с другим выражением. – Вы знакомы с Ланце?
– Хорошо, что он в тюрьме.
– Деньги открывают многие двери, – отозвалась Элейн.
Она нахмурилась и размышляла о том, что девчонка не так проста, и надо предупредить слуг, чтоб не дали ей случайно увидеть Кристофера с его пассией. И этого щенка из псарни Ланце надо немедленно убрать. Ишь, разлетелся на магичку! Им не нужны осложнения. Только бы девчонка не клюнула на смазливую внешность юнца, порода-то у них одна, гнилая.
Расстройство, что Кристофер может быть на свободе, и даже оказаться в боксе, привело меня в чувство.
– Нет, нет, нет, – я называла номера, Элейн тут же с дистанционного кристалла гасила свет в боксе неудачника. Двоих предложила исключить она, я ее послушалась. Ей виднее.
В боксах снова стал вспыхивать свет, вошли новые претенденты в масках. Я задумалась. Смуглый зеленоглазый брюнет появился с обнаженным торсом, демонстрируя эффектные выпуклости грудных мышц и безупречный пресс. Очень хорош! Но и мужчина в крайнем боксе мне тоже понравился. Не настолько рельефный, но широкоплечий и явно очень сильный. Светлая челка падала на черную маску, и он ее нетерпеливым жестом отбрасывал наверх.
– Второй и четвертый, что скажете, Элейн?
– Выбирать вам, – усмехнулась она. – Но подумайте, мури, тот, кто так любит себя, способен ли понять и полюбить другого человека?