– На, пока немного, но я сейчас принесу ещё, а этого хватит, чтобы начать…
Ничего начинать Данила не хотел. Он поднял руку, якобы, приводя себя в порядок и оттолкнул руку ведьмы. Но та всё же успела мазнуть по его губам. А часть капель попала и в рот. Данила озверел. Какая-то тёмная старуха пытается лишить его жизни, а он, как телок, лишь упирается. А не пошла бы она…
Он извернулся и, перехватив руку ведьмы, заломил её за спину. Вторую заломил тоже и даже умудрился связать их. Начал снимать кольца с рук, не зная где ментальный артефакт. Наивный! Он думал, что справился с ведьмой.
– Так ты, сынок, нормальный? Притворялся? – ласково поинтересовалась тёмная, отскакивая в сторону и быстро, освобождаясь от верёвки. – Штору-то зачем попортил? Теперь новые шнуры придётся брать. Ну, да это уже не наша забота будет. А теперь спи, сынок. Спи!
Ведьма выбросила вперёд руку с заклинанием… Но и она не знала, что за маг ей достался.
Данила перехватил заклинание и теперь старался обездвижить ведьму. Раньше такие заклинания давались ему на раз, а воздушная стихия выполняла все его желания. Сейчас ему приходилось туго. «Тварь! Бл-ь!» – матерился он про себя, не имея возможности даже рот открыть от натуги.
Капли пота текли по лицо, мешая смотреть. Смахивать их было некогда: Данила накручивал и накручивал воздушный кокон вокруг ведьмы, а она рвала и рвала слои воздушной магии и вот-вот могла уже выбраться на свободу. Но пока Данилиных сил хватало удерживать её. «Да, где же эта чёртова помощь?! Реган!» – звал мысленно Данила, но никто не рвался в двери, никто не открывал портал, никто…
Последним усилием, добавив уже не только магических, но и жизненных сил, Данила укрепил кокон. Ведьма тоже уже не билась, как сумасшедшая, а тихо скулила, свернувшись на полу в клубок. Кокон мерцал вокруг неё голубоватыми искрами, но долго его Данила не продержит.
– Отец! – хрипя позвал он Андрея, позвал и голосом, и ментально, ни на что не надеясь. Ведь отец с матерью были на Земле.
Голова Данилы коснулась пола, но руки ещё продолжали держать плетение кокона.
– Надо…, – сквозь зубы приказал себе Данила. – Надо… они придут…
Кто они и когда придут он не знал, но верил, что их не бросят. И уже не видел, как распахнулся портал в комнате. Как выскочил из него Андрей, на ходу накрывая комнату стазисом. Как стража заполнила комнату. Как освободили от заклятья Регана и стражников. Как увезли еле живую Эйбелин. Как, наконец, скрутили тёмную ведьму, погрузив её в стазис. Всё-таки Андариан – архимаг. А это не хухры-мухры звание. И не знал, как металась по своей комнате в поместье Ялика, чувствуя, что он уже расходует жизненные силы. Ялика же ведьма, а ведьмы всё чувствуют про своих любимых…
* * *
Данила приходил в себя с трудом. Вначале сквозь веки он почувствовал тёплый солнечный луч, но затем стало опять темно и холодно. Сколько времени он пробыл в этом состоянии Данила не знал. Но второй выход из тьмы был уже легче. Когда он смог открыть глаза, то понял, что находится в поместье «Зелёная Долина», в комнате, которая всегда принадлежит ему, когда они гостят здесь. Рядом сидит матушка, а голос отца слышится из коридора. «Всё хорошо», – подумал парень и провалился уже в обычный сон.
Но Маша уже заметила состояние сына и облегчённо выдохнула. Она настолько переживала за сына, что не могла в эти два дня пока он был без сознания ни есть, ни пить. И только по настоянию мужа с трудом проглатывала питательные смеси.
Они с Андреем только вышли из здания портала в Эфине, как он получил зов от Данилы. Зов был слабый, издалека, но Андрей сразу подхватился и, оставив её на сопровождающих, сам моментально ушёл порталом. Это потом уже в Долине она узнала, что Данила руководил операцией по поимке тёмной ведьмы и опять без меры расходовал силы. Но тут Реган и Андрей объяснили ей, что без Данилы вряд ли бы удалось эту ведьму взять. Она была очень сильной, но землянин оказался сильнее. Правда, и сам пострадал. Однако, организм молодой – справится. Да и источник магический рядом, так что сын восстановится быстро, успокаивали они её.
Маша же, хотя и доверяла им, но за сына переживала и все два дня караулила возле его постели. Девочка Данькина тоже заходила часто, но видя постоянно рядом с Данилой мать, немного посидев, уходила к себе. Она понравилась Маше: скромная, приветливая, добрая. Однако на второй день её уже в поместье не было. А первый вопрос, который задал Данила, когда проснулся был как раз о ней.
– Где Ялика? – спросил сын на следующее утро, просыпаясь, как положено здоровому, но ослабленному человеку.
– Не знаю, Даня, – растерялась Мария. – Я из твоей комнаты и не выходила, и что делается в доме не знаю. А ты, что? Собрался вставать? – с беспокойством спросила она, наблюдая, как Данька, сбросив одеяло, пытается встать на ноги. – Андрей! Реган! – тревожно позвала она, безуспешно пытаясь поддержать сына в стоящем положении: и живот мешал, и силёнок уже не хватало. А Данила отпихивал её руки и уговаривал не напрягаться, ей же рожать на днях.
